Про Часы Мидаса. Время трейд-ин

 – Это вот – рерайтер, а это…

– А! Я поняла! – радуется новенькая, перебивая новаторшу. – Я корректор. Вы, что, все тоже за деньгами? Кассира ждете, которая с главбухом в пробке? Я тоже в автобусе по пробкам полтора часа! Какие-то четыре голимые остановки! Полтора часа! Ну и погодка! Жесть! Как бабуля скажет, собаку на улицу не…

– Да остановись ты! Тараторка. Не части, – оборвала ее новаторша. – Лучше скажи, сколько тебе платят за страницу?

– А что? – Тараторка гордо выпрямилась и посмотрела на новаторшу сверху вниз.

От ее позы и тона не рассмеяться было просто не возможно, что мы, все три тетки, и сделали. Девчонка расширила глаза, забегала ими по нашим лицам, сутулясь и пятясь к двери.

– Что я вам такого сказала? Почему вы надо мной смеетесь? – В ее голоске явно слышались слезы, да и глаза мокро заблестели. – Корректор – крутая профессия!

– Крутая, крутая, никто и не спорит. – Новаторша стала гладить ее по рукавам влажного пуховика, заглядывая в глаза.

Рерайтица протянула ей сигареты.

– Ты курить хотела. Вот, возьми.

– Не надо. У меня есть свои.

– Никто над тобой не смеется, – продолжила новаторша. – Это мы анекдоты травили перед твоим приходом. Ведь, правда? – И посмотрела на меня.

– Ну да, – как можно искренне подтвердила я. – Анекдоты.

– А тогда, – девушка резко отстранилась от новаторши и показала на нее: – Почему она… В смысле, почему вы спрашиваете, сколько мне платят? Какое вы имеете право?

Мы, три тетки, переглянулись, но приступ смеха сдержали.

– Ну вот чего ты к девочке пристала? – сказала новаторше рерайтица. – И так ясно. – Она кивнула в мою сторону. – Из ее семи с половиной вычитаем твои три с половиной и мои две с половиной. Полторы на корректуру и остается.

Новаторша замотала головой.

– Не. Мало. Не может корректор меньше рерайтера получать. Нужно вычитать семь с половиной из десятки.

– Две с половиной? – уточнила рерайтица. – Столько же, как и я?

– Да полторы мне платят. Полторы! – громко, но через плечо произнесла девушка, и, обернувшись, добавила: – Спасибо, буду знать, что рерайт здесь по два пятьдесят, а я-то им за полторашку… Я ж не знала! Жесть… Я-то думала, что, как в «Панораме». По полтора – ведь та же самая тысяча за лист. Только там рерайтера называют переводчиком, а здесь – корректором.