Колесо фортуны

Ей кажется, будто все это ей снится, слишком уж непривычен мир вокруг. Солнце подолгу не заходит, задумчиво висит над горизонтом, расцвечивая небо во все оттенки оранжевого, желтого и красного, потом все-таки спохватывается и исчезает, чтобы буквально через пару часов появиться вновь. Настоящая ночь так и не наступает, сумеречный воздух напоен ароматами влажных трав и цветов, от Невы и каналов тянет холодной свежестью, иногда – с душком тины и канализации. Спать совершенно не хочется. Надо бы готовиться, при одной мысли о вступительных испытаниях начинает подтрясывать.

Всё отвлекает от учебы. В конце концов, плюнув на повторение, Людмила идет гулять по центру и еле успевает вернуться в квартиру родственников до развода мостов.

– Смотри, загуляешь – можешь искать другое жилье! – предупреждает ее Галина, грузная и вечно чем-то недовольная хозяйка квартиры, дальняя родственница.

Людмила краснеет от стыда и возмущения. Но не находится с ответом и, кивнув, проскальзывает в свою комнатушку, забитую почти под завязку каким-то пыльным хламом.

Театральный институт – трехэтажное здание на Моховой – похож на современный готический храм. Людмила любуется мелкой кирпичной кладкой, рельефами и кружевной оторочкой вдоль крыши, эркером с круглым цветком из пяти лепестков и большой полукруглой раковиной на самом верху. Над коваными воротами – год постройки, 1902, с двойкой, похожей на семерку с хвостиком.

Накануне она так и не смогла уснуть, и теперь у нее болят глаза, но утренняя прохлада бодрит. Она пришла слишком рано, институт еще закрыт, но у дверей уже толкутся абитуриенты – стайка взбудораженных парней и девчонок.

Она неуверенно подходит к ним поближе.

– Привет! – это какой-то невысокий улыбчивый парнишка, похожий на встрепанного воробья – вихры на голове топорщатся, как перышки, сколько он ни пытается их пригладить. – Я Андрей, Андрей Сапега. Ты первый раз поступаешь?

Оказывается, кто-то из группки уже пытался пройти в прошлом году, а у кого-то это вообще третья попытка. Вот это упорство!

За нервной болтовней время идет быстрее, и наконец их запускают внутрь, на первый этаж.

Теперь они ждут в коридоре, у дверей, за которыми сидит приемная комиссия. Разговоры смолкли, все напряженно прислушиваются, пытаясь уловить комментарии экзаменаторов. Людмила безотчетно водит пальцем по выпуклому узору на обоях, сделанных из непонятного гладкого материала. Здесь как-то странно пахнет, не то чтобы неприятно, просто непривычно. Интересно, отчего?..