Работайте! В работе счастье…

Ускоренному формированию личности, должно быть, способствовала Полярная ночь, поскольку человек ночью растёт быстрее.

Это была первая страница серьёзной, взрослой жизни, причём в той среде, где палец в рот не клади – по локоть откусят. Прожжённый колымский люд видел насквозь каждого. Фальшь за искренность там не выдашь. Бандиты, по сути своей, вышедшие на волю и оставшиеся на Колыме, были хорошими учителями, я благодарен каждому из них. Они меня понимали и поддерживали.

Наш прииск был огромным по территории, но не по добыче.

Мы перемалывали сотни и сотни тысяч кубов земли, чтобы напасть на золото. В одну сторону – полторы сотни километров, в другую – столько же. Аннушка, Горная, Таёжная… Коллектив большой, разбросанный по полигонам.

Один сезон я отработал за двумя перевалами, за 50 километров, или около того, от посёлка. Не так уж далеко, но это было особое место. Туда ссылали неугодных.

А началось всё с общеприискового собрания, на котором предстояли выборы освобождённого председателя профкома.

Эту должность занимал на протяжении нескольких лет рыхлый, спокойный до равнодушия человек.

Итак, идёт собрание. Мужики костерят председателя, а это, между прочим, номенклатура не только профсоюза, но и горкома партии. Списки выступающих, разумеется, составлялись заранее. Я тоже там значился по вполне понятным соображениям: секретарь комсомольской первички, которой кое–что удалось сделать.

Мы раскачали замкнутость и ограниченность людей, живших на Колыме с одной мыслью: вот, мол, заработаю и уеду отсюда.

Жизнь в посёлке стала теплее и веселее, люди вышли из своих камер (а как ещё назвать однокомнатную “квартиру“ в бывшем лагерном бараке?). Уже не говорю о нашей сборной по футболу. К тому же я ещё учился во Всесоюзном заочном строительном институте. И на всё времени хватало!

На трибуну шёл, ставя совершенно конкретную цель. Меня, как капитана сборной, интересовало, как и почему профсоюз умудрился обеспечить нас, футболистов, самой задрипанной формой.

Не помню уж, что говорил дословно, но лупил на всю катушку, не стесняясь. А как иначе, если мужики после ночной смены только и успели что водой себе в лицо плеснуть, чтобы на матч ехать, а тут: то мячей нет, то автобус не готов. В общем, попало председателю крепко.

За мной слово взяло начальство, ненавязчиво напомнившее про блага, которые получали члены профсоюза.