Кубанский шлях. Исторический роман

– Потерплю-ко, ужо.

Казачки поравнялись, одна завела песню, так не похожую на те, которые пела его Степанида. Жена тихо начинала, плавно, песня словно обвивала Степана и убаюкивала. А эта – горланит. «Нет, – подумал Степан, – наши бабы лучше поют».

Фрол подождал, пока огородницы скроются из виду, подошёл к Степану:

– Ну что там?

– На ежа попал. Посмотри! Ой-ёй! – заголился Степан.

– Ух, ты, как искололся! Дай, вытащу иголки! – Фрол выложил колючки на ладонь. – Вот так, четыре штуки! Ты чего баб-то испугался?

– А кто его знает? Опасно так-то не скрытно идти.

Вдруг будет облава! Пойдём по самому берегу. Там, вроде лесочек или рощица, – предложил Степан.

– Твоя правда. Да и дядька Трофим велел идти вдоль берега.

На хуторе Черёмном

Вечерело, когда приятели подошли к одинокой, не огороженной плетнём хате, укрытой камышом. Под развесистой яблоней стояла вбитая в землю деревянная скамья, рядом сарай, базок, дальше грядки. Собаки почуяли путников и разразились громким лаем.

– Наверное, тот самый хутор, о котором дядька Трофим говорил, – почему-то зашептал Степан, прячась за кустом пышной калины.

На порог вышел хозяин – основательный казак средних лет, коренастый, с головой слегка тронутой сединой, всматриваясь в сумрак, спросил:

– Кого Бог привёл? Если добрый человек, выйди, покажися, если злой, мимо проходи!

Товарищи подошли к казаку:

– Здравия желаем, хозяин. Нам нужен Павел Черёмный. Мы от кума, Трофима.

Павел вышел навстречу, прищурившись, оглядел округу:

– Здорово дневали! Ну, я Павел Черёмный, можете взойтить.

А собака с вами?

– Ты гляди, Степан, пристала!? – удивился Фрол.

– С нами, с нами! – обрадовано воскликнул тот.

– В хату не пущу. Пусть сидить у двери, я ей костей вынесу.

Гости через тёмные сенцы прошли в горницу Павла. Напротив входа висела божница в пучочках засушенных трав, сверху накрытая вышитым полотенцем. Перед ней чадила лампадка. Здесь же в углу, под святыми образами, – стол.

Слева – белёная печка, заставленная чугунками. Далее – некрашеная лавка. На стенах висели ружья, сабли, конская сбруя. У окна – старый кованый сундук. Дверь в боковушку завешена дерюжкой.

Степан и Фрол перекрестились на красный угол, поклонились:

– Здравствуйте в вашем доме.

– Садитеся, ребяты, – пригласил хозяин, – какая заботушка привела вас ко мне?

Фрол сразу приступил к делу:

– За Дон хотим перебраться, дядя.