Кубанский шлях. Исторический роман

– Я вас не заставляю покупать. А тольки без оружия в Задонье делать нечего. Не выколашивайтесь, беритя, – настаивал хозяин.

– Может, сбросишь? Дорого!

– Ишь, какой! Не жмися, я за каждую саблю большие деньги платил.

– Дядя, войди в наше положение! Перевоз, харч, оружие… – жалобно перечислял Фрол траты, зажимая пальцы.

– Зато я вам дешевле отдам ружжо, – нашёлся хозяин.

– А на кой нам оно?

– Пригодится, не гулять идётя. Мне байдуже, а вам жизню спасёть.

Под таким напором Фрол сдался:

– Ну, показывай своё оружие!

Павел открыл сундук:

– Здеся, у рундуке усё для казака нужное.

Амуниция, оружие. Вот сабли! Он выложил на стол несколько сабель. Любовно вынимая их из ножен, предложил приятелям посмотреть. Они внимательно разглядывали каждую, трогали лезвие. Фрол заметил неровности на одном:

– Да тут зазубрина!

– И на этом тоже, – обнаружил зазубрины на другом лезвии Степан.

Павел, нисколько не волнуясь, принял возражения покупателей и спокойно проговорил:

– Я и не говорил, что оружие новое.

Потому и отдаю так дёшево, что в битвах побывало.

Приятели отложили две более острые сабли с надёжными гардами. Затем продавец достал из сундука старинное ружьё с блестящим от времени и рук владельцев прикладом и тоже положил перед приятелями на стол:

– А вот ружжо!

Фрол нехотя посмотрел:

– Тоже старое.

– Ну, что? Зато пристреленное. Всего рубль! И с полной пороховницей! Как, по рукам?!

Фрол тяжело вздохнул:

– По рукам.

Ударили по рукам.

Залаяли собаки.

– Посмотрю, чего гавчуть, заодно и покормлю, – проговорил Павел и вышел из хаты.

Посчитали: три рубля за сабли, рубль за ружьё, гривенник за перевоз и две копейки за еду – всего четыре рубля двенадцать копеек.

Переглянулись. Как достать деньги, если баба наблюдает, и занавеска ей не преграда? Вон, колышется. Степан своим мощным станом загородил Фрола, и тот, влезши чуть ли головой в мешок, отсчитал деньги.

– Что ваша собака три дня не ела? Набросилась на кости, как дикий зверь, прям, чистый волк! – воскликнул, входя в комнату, Павел.

Фрол протянул ему деньги. Тот внимательно изучил монеты, попробовал их на зуб, бережно завернул в тряпицу и спрятал за пазуху. Баба высунулась из-за дерюжки.

– Дядя, а что там, в Задонье? Какая жизнь? – не утерпел, чтобы не спросить, Степан. – Жизня везде, ребяты, одинаковая. Не ты её, так она тебя, – промолвил, хозяин, замыкая сундук, – воля манить многих. Ищуть её, добиваются.