Жили мы в провинции, у моря

А потом Фёдору Гавриловичу с Лорой выделили в Дальрыбе однокомнатную квартиру. Лора окончила музыкальное училище и работала учительницей музыки.

Как они жили? Грустно. Брошенный пожилой Оськин. Дочь- юная вдова. Когда Фёдор Гаврилович уходил в море, она оставалась совсем одна.

В один из рейсов Фёдор Гаврилович забрался на самую высокую палубу огромной плавбазы. Крикнул – прощайте, бабоньки. И бросился вниз. Это Надя рассказала моей маме. Too much, скажете вы. Но ведь это было.

В однокомнатной квартирке осталась одна Лора.

Соседи с ужасом слушали, как за стеной воет девушка.

Конечно, дочь очень нуждалась в помощи. И Надя помогла. Лора была красивой девушкой и ее удалось познакомить с флотским офицером-врачом. Он был врач на подводной лодке. Поженились. Жили в гарнизоне. Родился сын. Лора снова была счастлива.

А что же Надя? Тот серьезный мужчина, за которого она так моментально вышла замуж, увы, был практически ровесником Фёдора Гавриловича. Очень быстро он обрюзг, страдал от диабета и ещё кучи болезней.

Надя стала все чаще вспоминать своего заботливого Фёдора Гавриловича. Страсти в Кармен с годами утихли и она поняла, что ее уход был ошибкой. Вот сейчас я бы не ушла – честно говорила Надя. А потом второй муж умер.

Брак Лоры стал рушиться – муж сильно пил. Когда он окончательно спился, его выгнали со службы. Оформили развод. Бывший муж работал где-то в зонах. Больше никуда не брали.

Итак, Надя овдовела, Лора с сыном жила в разводе. Но несколько лет спустя муж к Лоре вернулся.

Он был волевой человек и ему удалось преодолеть алкоголизм. Взяв Лору, сына и тещу, он уехал на запад. Вроде бы, владел частной клиникой. Семья стала жить хорошо. Хэппи энд? Не знаю. Фёдора Гавриловича уж больно жаль.

Степановы

Сколько лет мне было тем летом? Наверное, лет 12–13. Родители получили для меня путевку в пионерлагерь. Вернее, всякий раз, как случалась такая оказия, путёвку получал мой папа. Он был флотский офицер и получал путёвку в принадлежавший флоту пионерлагерь.

Считалось, что условия в нем получше, чем в аналогичном детище профсоюзов. Что же, весьма возможно.

Добрые мои родители позаботились и о компании для меня. Со мной в тёплую июльскую лагерную смену ехала моя подружка по дворовым играм Светочка Степанова. Путёвку для Светы получил её папа – тоже флотский офицер. Но вот тут я могу и ошибиться: тетя Зоя Степанова, Светина мама, тоже работала у военных, хотя погоны и не носила.