Посредник

Но кто знает, сколько «прорех» находится в Сахаре, джунглях Амазонии или австралийских пустынях?

Поскольку Двери представляли нешуточную опасность, когда-то давным-давно сложился институт аргусов – наследственных хранителей «червоточин». Когда, появились первые семейные предприятия такого рода, сказать сложно, но если Двери существовали всегда, то можно предположить, что первые аргусы занялись своим ремеслом еще в Древнем Риме или Египте, а то и пораньше.

Опыт работы с Дверьми нарабатывался столетиями, часть аргусов надзирали сразу за несколькими «прорехами», другие владели одной-единственной Дверью. С развитием информационной цивилизации, особенно в ХХ веке, сведения об аномалиях достигли ушей спецслужб отдельных государств – достоверно известно, что о «червоточинах» знают такие серьезные конторы, как ФСБ России, британская контора МИ-6, Direction Gеnеrale de la Sеcuritе Extеrieure – разведка армии Франции, но, что интересно, аргусов они не трогают, зная, что хранители Дверей «не такие как все» и обладают способностями, недоступными для обычных людей.

В чем заключалась собственная необычность, Славик понятия не имел – он не ощущал себя «особенным», равно и не замечал за собой каких-либо отклонений, наподобие владения гипнозом, обостренных чувств или другой паранормальщины в духе Кашпировского. Человек как человек, самый что ни на есть среднестатистический.

Но старуха по неизвестной причине выбрала преемником именно Славика Антонова, что наводило на серьезнейшие размышления.

Почему именно я?

Ответ на этот вопрос не сумел дать и Владимир Платонович Гончаров, аргус из баварского Мюнхена, вытащивший Славика из пренеприятнейшей истории, в которую наследник угодил на той стороне по собственному неразумию и неопытности – решив поподробнее обследовать Мир за Дверью, Славик попался в цепкие лапы местных жителей, а тысячу двести лет назад берега Невы и Ладожского озера населяли люди не то чтобы злые и вредные, но относящиеся к незнакомцам в странной одежде с объяснимым подозрением.

Славик угодил в плен к датской дружине морского конунга Рёрика Скёльдунга и, не вызовись господин Гончаров помочь, наверняка остался бы в IX веке очень надолго, если не навсегда.