Падение Царьграда

На следующее утро галера вышла в порт Святого Петра, на южной стороне Золотого Рога, и вскоре затем незнакомец уже находился в своем доме в Византии.

Через неделю он продал этот дом со всем, что в нем находилось, и ночью ушел на галере в Мраморное море, взяв с собою своих рабов, которые отличались тем, что были глухие и немые.

Часть вторая. Князь Индии

I. Гонец из Чипанго

Пятьдесят три года спустя после таинственного посещения незнакомцем гробницы царя Хирама, именно 15 мая 1448 года, в лавку одного из константинопольских рынков вошел какой-то человек и подал письмо хозяину-еврею.

Тот взял полотняный конверт, но прежде чем распечатать его, пристально посмотрел на гонца.

Хотя уже в те времена в Константинополе, многонациональном городе, встречались всякого рода люди, гонец невольно обратил на себя внимание своей необычайной внешностью. Лавочник видал представителей всех известных национальностей, но никогда глаза его не останавливались на такой странной личности, с необыкновенно розовым цветом лица, косыми глазами и в шелковой коричневой ткани, покрывавшей все тело с ног до головы.

Висевший на спине мешок из той же ткани был вышит пестрыми цветами, на ногах виднелись такие же богато вышитые туфли, а над обнаженной головой он держал зонтик из бамбука и блестящей выкрашенной бумаги.

Слишком хорошо воспитанный, чтобы продолжать безмолвный осмотр гонца с головы до ног или чтобы удовлетворить свое любопытство расспросами, еврей распечатал письмо и углубился в его чтение.

Между тем его соседи, менее деликатные, окружили пришельца и вволю глазели на него, что, по-видимому, нисколько не тревожило этого странного человека.

Письмо, находившееся в конверте, еще более смутило еврея. Бумага поражала своей тонкостью, мягкостью и полупрозрачностью. Он никогда не видал ничего подобного.

Однако писано письмо было по-гречески. Прежде всего внимание еврея обратилось на число и адрес, выставленные сверху, и потом, уступая своему любопытству, он, не читая письма, взглянул на подпись.

Ее вовсе не было, а вместо нее стояла восковая печать с изображением Распятия.

При виде этой печати глаза еврея широко раскрылись, и он тяжело перевел дыхание от удивления и страха. Усевшись на скамейку и совершенно забыв гонца, а также окружающую его толпу, он углубился в чтение.

«Остров во внешнем море. На дальнем востоке.

15 мая 1447 года.

Уель, сын Иадая.

Мир тебе и всем твоим.