Грабители морей

Это именно великое море, Ар-Mop, как называли его древние кельты, оно является то мрачным и гневным, когда над ним низко повиснут тяжелые, навеянные с севера тучи и когда оно грозно рокочет свою прелюдию к буре; то тихим и спокойным, когда волны его спят в глубоких безднах и блестящая темно-зеленая гладь отражает редкие лучи северного солнца; но как в том, так и в другом случае оно кажется одинаково гордым и важным в своей неизмеримости и беспредельности.

Капризно оно, непостоянно; два дня подряд не бывает оно одинаковым; вечно меняется, вечно в движении, только шхеры его всегда неизменны и угрюмы.

А между тем – странное дело! – несмотря на такую изменчивость океан всегда производит одинаковое впечатление. Причина этому та, что океан, как в бурю, так и в затишье, представляет лишь бесформенный хаос, где отдельные контуры выступают неясно, сливаясь в одно общее ощущение неизмеримости.

Человеческий дух есть лишь зеркало, отражающее различные образы природы. Поэтому вечное созерцание океана с его однообразным общим характером и неясностью подробностей наложило отпечаток угрюмой мечтательной суровости на характер жителей этих окраин Норвегии.

Помимо бесчисленных, извилистых и широких фиордов, изрезывающих северную Норвегию, берега ее усеяны островами, скалами, шхерами, рифами, вокруг которых при каждом приливе и отливе бурлят и кипят сердитые волны, сталкиваясь между собою и образуя непроходимую преграду из водоворотов, поглощающих всякий корабль, сунувшийся туда без лоцмана. Никакое знание, никакая опытность не могут тут поддержать моряка.

Эти почти совершенно недоступные берега, огражденные сверх того тайными подводными рифами, могли бы дать убежище целому флоту морских разбойников – убежище верное, где они могли бы смеяться над самой страшной погоней.

Именно отсюда средневековые норманы отправлялись в море на своих плоскодонных судах, не боясь никаких бурь, и наводили ужас на Францию и Англию. Они являлись внезапно, грабили прибрежные города и, прежде чем успевали подойти войска, уплывали в море.

До самого начала текущего века потомки этих норманов были самыми отважными ценителями моря. Под предлогом рыбной ловли они пробирались в Балтику, в Северное море, крейсировали у выхода из Ла-Манша – и все это в легких лодках, во всякую погоду.

Горе было коммерческим кораблям или неповоротливым испанским галлионам с грузом золота! Их окружали, экипаж истребляли до последнего человека, груз отбирали, а корабли пускали ко дну.