Портнихи Освенцима. Правдивая история женщин, которые шили, чтобы выжить

Ее депортировали в Освенцим, где назначили на работу в картотеке административного блока СС; спала она с Гуней и остальными портнихами.].

В Братиславе в 1939 году Ирена тоже пришла в свою школу, как обычно. Она добралась до привычной классной комнаты с друзьями и приготовилась к занятиям. Учительница вошла и безо всяких предупреждений объявила:

– Нельзя, чтобы немецкие дети сидели в одном классе с евреями. Все евреи – на выход.

Ирена и другие девочки собрали книги и ушли. Их подруги нееврейки ничего не сказали, ничего не сделали.

– Они же были такие хорошие, – сказала Ирена, пораженная их пассивностью. – Я не могу на них пожаловаться[23 - Интервью Ирены Канка, архив Фонда Шоа.].

Детство кончилось.

2. Единственная власть

«Мода – единственная власть, но зато какая».

    Траудль Юнге, секретарша Гитлера, цитируя Адольфа Гитлера[24 - Until the Final Hour, Traudl Junge.]

На первый взгляд кажется, что гламурный мир моды и тканей не имеет ничего общего с политикой; это чуть ли не прямая противоположность жестокой войне.

Как же швейные ателье или развороты журналов с весенней коллекцией в Vogue связаны с мужчинами в темных костюмах за столами на конференциях, где решаются судьбы наций, где солдат отправляют на войну, где выдают приказы тайной полиции?

Нацисты прекрасно понимали, как сильно одежда влияет на социальную идентификацию и подчеркивает власть. Также их очень интересовало богатство европейской текстильной индустрии, в которой доминировали еврейский капитал и еврейский талант.

Разумеется, все мы носим одежду. И что именно носить, что нам разрешено носить, – вовсе неслучайно. Культура руководит выбором одежды. Деньги руководят торговлей тканями.

Портные создавали предметы гардероба, поддерживая идеализированный мир подиумов, фотосессий и светских бесед. Со временем портные и портнихи оказались втянуты в политику людей, использовавших моду для продвижения своих жестоких идей.

Модная индустрия уходит корнями в скромные домашние дела. Для всех девочек в Европе XX века шитье, конечно, могло быть и увлечением, но в большинстве случаев это было необходимым навыком.

Починка и штопанье одежды входили в число главных женских обязанностей. Особо талантливые могли «поколдовать» над воротничком рубашки, чтобы никто не заметил оборванные края; могли заштопать чулки такими нитками, чтобы они выглядели как новые; могли распустить швы или, наоборот, сузить, чтобы одежда сидела на изменившейся талии так, как нужно.