Большой круг

Слово – «бердаш». Не идеальное, даже не близкое по смыслу: французское название катамита, мальчика, находящегося на содержании у взрослого мужчины, происходит через искаженные испанское и итальянское от древнеперсидского слова, означающего «раб». Белые звероловы, торговцы, исследователи еще со времен первых набегов на индейцев встречали людей, которые не вполне мужчины и не вполне женщины. Как их назвать? Кто-то забытый, пожав плечами, предложил чудом сохранившееся в памяти оскорбление, которое мать, когда он еще жил в Монреале, бросила его старшему брату.

Слово разошлось, закрепилось.

Ушедший-к-Духам появляется в дневниках торговцев и исследователей и снова пропадает. Он одаряет коренное население пророчествами. Все начинается как обычное хвастовство. Он утверждает, что не просто превратился из женщины в мужчину, но что у него есть и другие сверхъестественные способности. Например, дар пророчества.

Тогда дай нам пророчество.

Хорошо. Например, придут великаны. Скоро.

Они перевернут землю и закопают все племена. Еще придет оспа. Опять. Ее несут белые люди. Опять. Но, к счастью для вас, Ушедший-к-Духам знает, как защититься. Ритуалами. За умеренную цену.

За ритуалы испуганные люди несут ему дары, но поскольку им не нравятся его пророчества, то не нравится и он сам.

Популярность Ушедшего-к-Духам растет, когда он начинает предсказывать про великого белого вождя, разгневанного на других, не таких белых мужчин, на тех, с кем они встретились.

Вождь велел белым мужчинам отдавать сокровища, а не торговать ими. Скоро в извинение он пришлет богатства и дары, а тех накажет за жадность. Скоро.

Он знакомится с женой. Та сидит у озера, не выполняет никакой работы, и столь странное зрелище – женщина, которая ничего не делает, – наводит его на мысль, что у нее нет мужчины. Во время беседы он бросает в воду камушки. Ее оставил муж. Она думает, как теперь быть.

– Хочешь нового мужа? – спрашивает Ушедший-к-Духам.

Он уже смастерил фаллос из кожи буйвола, который, как он полагает, обманет жену, но та не обманывается.

Она, как и он, громко смеется, она, как и он, задира. В первую ночь она выхватывает у него искусственный член и смеется над его размером. Он не успевает остановить ее, и она, задрав ему рубашку, смеется над его грудями. Он прижимает ее к себе и придумывает потереться, обоим нравится.

Она присоединяется к нему, они переходят с места на место, пророчествуют.