На васильковой стороне

Аплодисменты, занавес.

Плюнув на всю эту бюрократию и решив не торопить события, я продолжил учебу и, наконец, ее закончил. Про ФСБ после первого неудачного крестового похода я даже и не вспоминал.

Получив свой далеко не красный диплом, я первым же делом пошел обновлять сведения резюме в кадровом резерве прокуратуры. Параллельно с этим решил напрямую подойти к районному прокурору, благо, после всех эпизодов ежегодной практики, был уже лично с ним знаком. Даже не заглядывая в диплом, он повертел в руках мой военный билет и сделал неожиданный и крайне неутешительный вывод.

Ограниченно годных к несению военной службы (категория «В») в прокуратуру берут очень редко и неохотно. И мой случай был явно не тот, чтобы хоть как-то повлиять на решение об оформлении. Это неудивительно. Среди факультетского выпуска из 150 человек подавляющим большинством были дети действующих сотрудников, которых тоже нужно куда-то трудоустраивать. И, желательно, не дежурным в вытрезвитель. И уж точно не старшим помощником младшего слесаря.

Если честно, я никогда не предавал большого значения наличию у себя военного билета. Ну есть и есть, при чем же здесь работа? Оказалось, что очень даже при чем. Хоть этот военный билет и валяется без дела десятилетиями под стопкой оплаченных квитанций за квартплату, чеков на покупку бытовой техники и всякой прочей сомнительной макулатуры, но он очень важен. В нем стоит категория годности к военной службе, которая является маркером для потенциальных работодателей из силовых ведомств.

Человек может быть хоть трижды инвалидом, но по бумагам все должно быть чисто. При всем при этом, дата военно-врачебной комиссии в военном билете может быть насколько угодно древней, а объективные внешние данные совершенно любыми, включая пивное пузо или отсутствие нижних конечностей. Документ в этих случаях будет иметь решающее значение.

Сказать, что после этого разговора я расстроился – это ничего не сказать. Я был просто подавлен. Мечта о синих погонах с зеленым просветом рухнула на землю и разбилась.

Для того, чтобы до конца понять ситуацию с моим военным билетом, необходимо заострить внимание на моменте, когда он у меня появился. Однажды в детстве родители меня привели к дерматологу с расчесами на локтевых сгибах. Врач внимательно меня осмотрел и назначил строгое лечение в виде обильного мазания уязвимых мест детским кремом. Дав на дорогу пачку активированного угля, счастливый пятилистник подорожника и молитву от сглаза, он отправил меня восвояси.