На васильковой стороне

Я нисколько не защищаю человека в погонах, берущего деньги от кого бы то ни было, но дальнейшие события показывают, что и тот человек, который его задерживал тоже не ангел. Да и вообще, профессиональная сторона в этом деле практически не имела значения. В ситуации с задержанием Таракана все решил банальный бытовой спор. На Дне милиции, действуя крайне неумно, поддатый Таракан умудрился ткнуть в курилке приглашенного на праздник оперативника ФСБ, Хомяка, своей должностью, званием и выслугой.

Опер это естественно запомнил и, при подвернувшемся случае, отомстил. Так что со службой в уголовном розыске ни у меня, ни у Таракана в итоге не срослось.

После этого уже очередного неудачного опыта, я стал бегать в поисках работы гораздо быстрее. Но, увы, мое движение явно шло на дно болота. Следствие ОВД – отказ, тыл – отказ. Приблизившись к границе человеческого достоинства, я пришел на собеседование в службу судебных приставов.

Догадались, что меня там ждало?

Тем временем, лето 2006 года подходило к концу, но вопрос с моим трудоустройством так и не был решен. Хорошо, что в подобных особо сложных ситуациях мозг человека способен искать совершенно безумные выходы. В моей голове зародился еще один план, который, по всем прикидкам, должен был выстрелить. Я проанализировал через вражескую сеть «Интернет» расположение учебных заведений по всей стране и увидел, что примерно в 20 субъектах Федерации, как это неудивительно, отсутствуют высшие учебные заведения с направлением обучения «юриспруденция».

Из этого логично вытекало, что и притока свежих кадров в органы прокуратуры там не должно наблюдаться.

Накупив почтовых конвертов, я напихал в них копии характеристик от своих наставников, копии дипломов и прочих документов. Чуть не забыл, для службы в некоторых волостях требовалось заключение медкомиссии о возможности работы в условиях Крайнего Севера.

И я ее прошел успешно.

Письма были отправлены, оставалось только ждать.

Примерно в это время начиналась эпопея с ежегодными посланиями сомнамбулического президента по телевизору. Народ завлекали возможностью спросить у него о насущных проблемах, а он делал вид, что эти проблемы решает.