На васильковой стороне

Он был уже изрядно пьян и натурально падал под стол, что придавало пению некие трагические ноты.

В один из перекуров чекист умудрился разодраться с ветераном Афганистана, но их быстро разняли, и развели в разные углы. Звали этого чекиста – Хомяк. Он сидел на открытом окне пятого этажа и курил. Я стоял рядом, посматривая, чтобы он никуда в очередной раз не упал. Эххх! Знал бы я в тот момент, что меня ждет в дальнейшем, не ручаюсь, что не сделал бы из него легким движением руки десантника-парашютиста.

– У тебя какое образование? – спросил он у меня.

– Высшее, юрфак в этом году закончил.

– А какого черта ты тут работаешь? Пойдем к нам, у нас лучше. Тут же просто болото, пустая трата времени. Короче – он поднял вверх указательный палец и один из окосевших глаз – после Нового года найдешь меня, поговорим.

Я еще какое-то время посмотрел за Хомяком, чтобы он не подавился очередной порцией сельди под шубой и не упал на новый музыкальный центр. Потом мне все это надоело, так как он начал подобно младенцу давиться твердой пищей каждую минуту и падать вообще везде, так что я ретировался восвояси, сбросив с себя этот непосильный груз ответственности.

В тот момент мне требовалось более цивилизованное общение и снятие пережитого стресса. В основном, путем обильного поедания пирогов с брюквой.

Этим же вечером, уже после моего ухода, у Хомяка прямо за столом украли телефон, что вызвало неимоверный резонанс. Вора нашли моментально, так как он по глупости вставил свою сим карту в аппарат и сделал один звонок.

Это был один из множества техработников, которые трудились здесь совсем от безысходности, и за еще более низкую зарплату. Про вора я знал, что он бывший контрактник и успел поучаствовать в боевых действиях в Чечне. Его, конечно, сразу же уволили, но осадок остался.

В последующем я его видел несколько раз. В 2015 году он попался мне у банкомата с бравым видом и в форме с сержантскими лычками. Сказал, что служит контрактником-мотострелком в Оренбурге и несколько раз выезжал в командировки в Украину.

В связи с изложенными выше обстоятельствами о воровстве чужого имущества, за достоверность его слов я ручаться не могу. В то же время, ничего не исключаю.

Далее были праздничные выходные. Мы, теперь уже с женой, уехали путешествовать в Москву натуральным образом – в плацкарте на верхних боковушках у туалета.

Наша свадьба была комсомольской, без гостей, а поэтому почти без подаренных денег.