Снайперы. Огонь на поражение

«Рама» прилетела, – по тональности двигателей определил Андрей и машинально посмотрел на часы, – значит, проведет разведку, передаст, куда следует, необходимые сведения и координаты, а потом наши истребители ее прогонят! Маловероятно, что немцы поднимут в воздух свои пикировщики на бомбардировку зарывшихся в землю стрелковых частей. Скорее всего, противник, не откладывая в долгий ящик, начнет обстрел из орудий или же минометов, на который наши ребята, безусловно, ответят. Фрицы в траншеях, естественно, не дураки и забьются в щели, что твои тараканы, откуда высунут нос только когда пальба прекратится.

На эти «мероприятия» уйдет, наверное, с полчаса, может, чуть больше. Сейчас же ровно девять, и по всему вытекает, что я могу немного отвлечься от своих наблюдений и спокойно перекусить! А если, что вряд ли, появится все-таки какой-нибудь толстый вражеский генерал, то Поздняков его и без меня снимет, не напрягаясь!»

Придя к таким умозаключениям, старшина отполз назад, забравшись еще глубже под танковое днище, положил на траву винтовку, достал из вещевого мешка горбушку ржаного хлеба и принялся неторопливо ее жевать, прислушиваясь к монотонному гудению бесцеремонно кружащегося над позициями красноармейцев «Фокке-Вульфа»…

…Последующие события развивались именно так, как и предполагал Овечкин.

В безоблачном голубом небе появилась пара «Лавочкиных». Зайдя со стороны солнца, наши летчики яростно атаковали «Раму», и вконец обнаглевший тактический разведчик, отбиваясь от ястребков, был вынужден убираться восвояси.

Еще не успели затихнуть звуки удаляющегося на запад воздушного боя, а уже в полную мощь заработали немецкие минометы. Почти два десятка мин с противным свистом пронеслись над полем и разорвались в расположении батальона майора Деменева. За этим залпом последовал второй, равнозначный по силе, а вот третий получился гораздо слабее. Потому как, хоть и с небольшим опозданием, но очень активно и, что главное, весьма эффективно вступила в противоборство замаскированная в овраге за деревней советская батарея 120-миллиметровых минометов, накрыв первыми же выстрелами несколько вражеских огневых точек.

Получив достойный отпор, гитлеровцы огрызнулись еще двумя залпами и стали сворачиваться. Что было на руку нашим, старавшимся сохранить место нахождения своей батареи в секрете от неприятеля.