Бармен из Преисподней

Он даже подключён не был, но факт остаётся фактом: кто-то (или что-то) звонил по телефону и говорил о каком-то складе. И ладно склад, таких у нас полно, но причём тут цифра девять? Всё это тянет на помешательство, но я-то знаю, в Лимбе ничего просто так не случается.

За этими размышлениями я не заметил подошедшей официантки.

– Ты чего оцепенел весь, будто горгониду увидел? – спросила меня Бэлла, приобнимая меня за плечи.

– Да вот думаю, может трофейных упырей по стеночкам бара развесить, – я обернулся и заставил себя выдать слабенькую улыбку, – А что? Я их буду убивать, а ты головы жертв на стенах вывешивать будешь.

– Ты не умеешь шутить, – сказала Бэлла, скривив свой носик, а затем, прищёлкнув пальцами и поправив мне галстук, продолжила, – давай, колись, отбивная, чего такой мороженный. Или опять в холодильник залез и увидел одноклассницу?

Блин, вот ведь будет напоминать мне этот случай до самой (скорее всего, всё-таки моей!) смерти. А я всего-то случайно зашёл на кухню за льдом.

Обычно повариха (гигантский монстр с лиловыми щупальцами) регулярно мне его предоставляла, но тут забыла, клиентов было много, и я решил сходить на кухню сам. Фишка в том, что когда я открыл холодильник, я увидел замороженное тело девушки. Немного присмотревшись, я к своему ужасу, узнал в ней бывшую одноклассницу и главную мою любовь школы. Даже выражение лица было такое же, как в тот злополучный день, когда я признался ей в чувствах, а она меня отшила. Она при жизни была идеалом красоты, а в нашем баре из неё сделали вполне себе аппетитно выглядящую шаверму. Посетителям-то что, для них она – еда, а я потом неделю из депрессии вылезти не мог.

Я рассказал Бэлле всё, что случилось. Она слушала меня не перебивая, иногда только поднимала в удивлении вверх брови. По окончании рассказа она, сделав задумчивое лицо, потрогала мой лоб (я от холода её ладони весь мурашками пошёл) и категорично заявила:

– Ты явно сошёл с ума. Не удивительно, человеческое восприятие не может противостоять столь сильному давлению со стороны явлений, которые этим восприятием считаются нереальными.

– Ты что, опять с академиком ужинала? – спросил я.

– А что тут такого? – бледные щёки Бэллы вспыхнули – академики – очень умные люди, а их мясо, особенно мозговая косточка, сочетает в себе и полезную питательность, и энциклопедические знания.

– Завязывай ты с этим, а то от тебя уже все клиенты шарахаются.