Дневник строгого режима 2020

26 января.

Всё без изменений. День сурка. До читал книгу «Чингисхан посланник небес». Не знаю, что бы ещё почитать. Перечитаю «Шантарам» первый том, отличный рассказ, как раз про бывшего арестанта что решился на побег и сбежал в Индию. Тут эта книга пользуется популярностью, на неё очередь, чтобы почитать, а я читал её в прошлом году и хочу освежить в памяти так как есть продолжения, и моя очередь скоро подойдёт на второй том. Хотя по конторским правилам такие книги нельзя зекам читать, ведь там подробный план совершения побега с лагеря.

27 января.

День сурка продолжается. Перечитываю «Шантарам». Вечером, как всегда, просмотр телевизора. А ещё предложили «лейку» (андройд). Я ещё недавно хотел себе «лейку», но теперь думаю зачем мне лишняя головная боль. Думать куда его прятать, искать для него «курок». Трястись за него во время шмона, как бы не нашли. Да и цена за него тут космическая. На воле такая модель стоит тысячу, а тут за него просят три и плюс зарядник пятьсот. А по местным понятиям ещё нужно ставить в курс братву, брать добро на владения таким запретом и один телефон ты для себя тянешь, а один на общее.

Если у тебя не курсованная «лейка», не дай бог вылетит, ну или ты спалишся с ней перед братвой, то получишь по щекам и будешь должен затянуть такую же на общее. Даже за курсованную ты несёшь ответственность если она вылетела у тебя из рук. И будь добор ответь, как ты такое допустил. Ведь это значит халатное отношения к запрету и за это спрос как с понимающего. Не так всё просто. Строгий режим ведь. Но запалы происходят постоянно.

28 января.

День сурка пролетел как обычно без изменений. На улице наступили крещенские морозы. В располаге стало совсем холодно. Даже всеобщий пердёж и храп не спасает от холода. Как не утепляли мы окно по осени всё равно с них дует и трубы чуть тёплые. Все коммуникации давно устарели ведь лагерю пол века.

29 января.

Встал почти в семь. Проверка прошла на бараке из-за мороза. Лёг спать. Только закемарил, пришёл сосед по проходнику, пьяный в умат.

Ему хотелось общения, и он решил, что мне тоже это необходимо. Час он мне мозг выносил потом уснул, и я тоже. Остаток дня как обычный день сурка.

30 января.

Подъём, завтрак, проверка на бараке, сон до обеда, обед, «пика» с книгой, всё без изменений, ужин, проверка опять на бараке, телевизор до поздней ночи. На улице холод собачий, в располаге чуть больше десяти градусов на термометре что на стене прибит. Скорей бы весна.

31 января.