Панацея стратегическая

Сделав пару кругов вокруг этого места, нашел центр. Есть! Половина сделана.

Теперь самое трудное. Юрка с Алексеем быстро очистил небольшую площадку от народа. Девчонка постоянно держалась рядом со мной, словно перепуганный щенок, наконец то нашедший своего хозяина и непрерывно что то шептала, с тревогой глядя то на меня, то на дитя.

Высмотрев в глубине земли переплетение сети (глубоко, еле видно), я осторожненько зацепил и потянул самую яркую нить.

Все повторилось как на острове. Приближаясь к поверхности, нить проскальзывала свозь пальцы и уходила обратно в землю.

Я повторял, вновь и вновь. Я старался. Я очень старался. Опустился на колени и пробовал заново. Много раз. Не получается! Подняв голову, увидел молча плачущую мать, и её окровавленные колени. Собравшаяся толпа молчала и в этом молчании медленно тонула надежда многих.

Вот тут меня осенило! Не знаю, что мной двигало, но я встал и не задумываясь, скинул куртку, оставшись в футболке.

Шагнул к бетонному столбу, на котором находился единственный на весь двор фонарь.

Вокруг слоем лежало битое стекло – об него пацанва била бутылки, развлекаясь. Выбрал осколок почище, вытер его о штанину и вернувшись, полоснул себя по вздувшимся венам левой руки. Толпа вскрикнула. Кровь брызнула струей.

Ко мне шагнул Кузьма с Лехой, явно решив силой удержать от самоубийства силой. Я остановил их выставленной ладонью.

Они встали, напружинившись, как перед броском. Пока они думали, я быстро резанул правую руку. Кровь освобождено полилась на землю.

– Ты что творишь, придурок – взревел Кузьма, одновременно с Лехой шагнув ко мне, растопырив свои лапы.

– СТОЯТЬ !! – я рявкнул так, что сам испугался. Друзья замерли.

– Что бы взять, надо дать! – я стал поливать землю своей кровью. Боли не было. Онемело только.

Когда натекла видимая лужица, я встал на колени, ободряюще улыбнулся потрясенной девчушке и не глядя, потянул нить.

Легко выйдя на поверхность, радуга на мгновение окрасилась багровым цветом и стала сама расти вверх.

Поднявшись на высоту человеческого роста, она коснулась моих рук, нежно и ласково. Кровь остановилась сразу, резаные раны схватились быстро твердеющей коростой.

И победно заструилась радужными цветами, с каждой секундой набирая силу! Я со вздохом поднялся. Получилось! Ко мне подскочил Кузьма – Собака бешеная – прошипел он и хрястнул меня в ухо.

В голове зазвенело. Ходить мне с малиновым лопухом!

Меня загородил Алексей, оттерев перепуганного Кузьму в сторону.