Панацея стратегическая

– Понятно!

– Что тебе понятно?

– Я просто подозревал, что Радуга мое настроение понимает, а мне этот Петро давно очень не нравится – крыса натуральная! Вот он и не прошел!

– Тут я согласен с твоим определением – Кузьма потянулся к бутылке – Значит, если тебе кто– то сильно не понравился, значит, не пройдет?

– Похоже так! – пожал я плечами.

– Логично будет предположить, что если даже кто то не может пройти, но тебе понравился, то ты его проведешь? Ты ведь Радугу настраиваешь?

– И это возможно, только кто это может быть?

– Но я сам видел, как четверо довольно прилично одетых людей, не прошли! Что интересно, бомжи местные запросто, а эти нет!

– Тех четверых я знаю – вмешался Алексей – это двое из Швеции и два англичанина, в командировке у нас на комбинате.

– А они почему не прошли? – несмотря на выпитое, Кузьма по аптекарски точно отмерил порцию коньяка.

– Ты же сам сказал, пройдут только русские – напомнил я ему – так чего спрашиваешь?

– Что– то я не видел, что б они радуге паспорт предъявляли – съязвил Кузьма.

– Бестолочь, все тебе разжевать надо – вздохнул я.

– Ты сначала разжуй, а потом обзывайся – обиделся он.

– Да ладно, ладно! Разжевываю! Ты же сам сказал, когда выстраивал очередь, что проходят только русские, или те, которые себя такими считают! Как я, например!

– Да уж, ты самый русский человек – патетически воскликнул Кузьма – и тут же спросил сам себя – А я то-тогда кто?

– Носорог в пальто – хмыкнул Алексей – Потом выяснишь, кто есть кто, давай лучше дальше послушаем!

– Учтите, что все это из области предположений, доказать пока не могу, но уверен, что именно так все и обстоит!

– Давай-давай, бухти про "обстоит" – подбодрил меня Кузьма, устраивая собственный подбородок на руки, поставленные на стол.

– Представьте, подходит к радуге человек, считающий себя русским!

– Ну и?

– Ну и свободно проходит, так как Радуга настроена на таких людей и включается на них, в общем, как задумано, так и сделано!

– Дальше – нетерпеливо бросил Алексей.

– Дальше еще проще, для тех, кто понимает, подходит другой человек, который твердо знает, что он не русский, или твердо себя таким не считает и хочет пройти. Но! Сколько бы он не кричал и не убеждал всех, что он самый русский человек, руссистей самой Руси, сколько бы не предъявлял паспортов и справок, подписанных кем угодно, он твердо знает, что он врет!

– И что? – заинтересовался Кузьма.