Неправильный князь. Из XXI века в век Екатерины II. Книга из цикла «Прорвавшийся сквозь время»

– Большая удача, что ты приехала сама, не заставляя призывать тебя силой, – продолжил я нагнетать. – Теперь сыграем свадьбу и дальнейшую жизнь…

– Нет! – взвизгнула дама.

– Кольцо обручения связывает нас неразрывно.

– Нет! – она вцепилась в бриллиант и принялась сдирать его с пальца. Однако надет он был на перчатку и сидел прочно.

Я встал.

– Дай же мне руку, возлюбленная моя.

Далее удачно вспомнились еще ненаписанные стихи Пушкина, и я, на ходу перекладывая письмо Татьяны на мужской вариант начал мрачно, сверля даму глазами, зачитывать: «Вся жизнь моя была зароком свиданья верного с тобой.

– Нет! – заорала столичная модница, срывая кольцо вместе с перчаткой и, швырнув его в мою сторону, кинулась прочь.

Я медленно опустил протянутые к дамочке руки, немного постоял, а затем опустился на сиденье.

– Связь разорвалась, – молвил глухо.

Осип, подобрав перчатку с кольцом, положил ее передо мной на стол.

Я кивнул и тут почувствовал, что от речей, при которых верхняя моя губа естественны образом шевелилась, клейстер окончательно размяк, и усы сползли вниз.

Жуткая тишина установилась в кабинете.

Говорить я не мог – чертов клейстер еле держался, и если бы усы окончательно отвалились, это смазало бы впечатление.

Впрочем, народ в те времена был поголовно верующий, так что жуткое превращение, произошедшее с моим лицом, повергло всех присутствующих в ужас.

– Вы можете идти, – спас положение Осип.

Заимодавцы, метнув на меня испуганные взгляды (я хранил гранитную неподвижность, силой воли удерживая усы на верхней губе). отталкивая друг друга, ринулись прочь.

К счастью, двери в кабинете были достаточно широкие, так что выскочили они в коридор, не покалечив друг друга.

Первый раунд переговоров можно было считать успешным.

* * *

Что обо мне расскажут заимодавцы, воочию наблюдавшие нечеловеческие преображения моего лица, можно было достаточно точно предполагать.

Однако любые слухи и домыслы не живут долго, если постоянно не подкреплять их чем-то реальным. То есть силой.

Поэтому вопрос с рекрутами оставался актуальным

– А скажи, друг Осип, – сказал я, обдирая с лица опостылевшие усы и утираясь полотенцем. – Помимо Гаврилы есть ли в именьи другие ветераны?

– Есть двое. Но они инвалиды. Один без руки, а другой контуженный.