Булат Окуджава: «…От бабушки Елизаветы к прабабушке Элисабет»

Вот такой была Сильвия Степановна Налбандян…

Любопытные объяснения переезда Сильвы в Армению довелось мне увидеть в уже упоминавшейся диссертации:

…Отъезд Сильвии Степановны из Тбилиси мог быть вызван разными причинами: переездом в Армению её дочери, женитьбой племянника, необходимостью достать денег для вернувшейся сестры, желанием замести следы…

Ну, дочь-то как раз переезжала в Армению потому, что переезжала мать, а чем же так могла напугать близких женитьба племянника, что нужно было бежать аж в другую республику? Денег для вернувшейся сестры это тоже никак не могло дать.

Единственное объяснение, не лишённое здравого смысла, – это желание замести следы, но как-то уж очень по-уголовному оно сформулировано.

Виктор всё это время оставался в Ереване в семье Гоар, Баграта и своих кузин – Ануш и Вилены. А сын Гоар, Парсадан, после фронта и окончания политехнического института был направлен в Серпухов, потом переехал в Москву. Со временем защитил докторскую диссертацию, стал профессором и вырос в крупного учёного.

Стал автором многих изобретений и научных монографий. О его работе мало известно, так как он всю жизнь работал в засекреченных институтах над темами, связанными с оборонной, преимущественно судостроительной промышленностью. У него было множество правительственных наград.

Ануш окончила ереванский мединститут и стала очень известным в Армении врачом-невропатологом. Дружила с Сильвой и Николаем и особенно с Люлю. После смерти Люлю она постоянно лечила Сильву, которая не раз называла её своим спасителем.

И за мамой своей она очень ухаживала. Возможно, благодаря постоянной медицинской опеке дочери, Гоар прожила до 94 лет. Сама Ануш никогда не была замужем. Умерла в Ереване в 2006-м.

Вилена тоже училась в Ереване, выучилась на филолога. Большую часть жизни проработала научным сотрудником в Армянской государственной картинной галерее. В 1990-х годах, после выхода на пенсию, переехала с мужем в Москву к дочери. Две внучки Баграта и Гоар тоже стали врачами.

К приезду жены в Ереван в начале 1947 года Николай Иванович был уже коммерческим директором центрального ереванского универмага. Ему дали служебную квартиру в надстройке на крыше магазина. Это был даже отдельный домик с выходом на огромную крышу склада. Правда, недолго продолжалось их благополучие: в 1949-м при очередной чистке вскрылось буржуазное происхождение Николая Ивановича, и его, конечно, с работы сняли, служебную квартиру отобрали.