Месть сладка? Книга первая. Ненависть

Она в спальне…

– Тс-с-с! Жека, только тихо! Ты ей про меня что-то рассказывал?

– Нет. Еще не успел. Как-то не до тебя было,– с сарказмом заметил друг.

– И не вздумай что-либо рассказывать! Ни в коем случае мою фамилию не говори.

– К чему такая секретность?

– Догадайся…

– А-а-а понял. Из-за Риты? Чтобы мать ее не узнала? А если Натали начнет интересоваться? Я не хочу ей врать…

– Отлично! Уже продать готов из-за юбки. Ты просто не рассказывай мою историю с Машкой, а фамилию… Ну скажи, что я Иванов… Короче, Жень, я не могу долго разговаривать… Сам там по обстоятельствам решай что делать и что говорить, но…– в этот момент открылась дверь ванной, и на пороге в коротеньком пеньюарчике, вытирая полотенцем свои белоснежные волосы, стояла Рита,– …в общем, мы хорошо дошли, все нормально, Натали передавай привет,– не подав вида, продолжал Сергей.

– Ну, все, давай вечерком созвонимся, а может, встретимся. Смотри, веди себя хорошо. Понял?– шутливо, учительским тоном закончил он.

Сергей отключил мобильник и вернул его в карман куртки.

– Точно! Я же должна была позвонить… У них все нормально?

– Да. Походу они понравились друг другу.

Рита, подошла к мужчине, и, скрутив полотенце у себя на голове, в виде чалмы, освободившимися руками обняла его.

– Где мой кофе?

– Елки-палки, совсем забыл.

Вырвавшись из ласкового захвата, Сергей скачками оказался на кухне. На кофемашине уже горела лампочка «готовности».

– Готово, сейчас налью,– отчитался он.

– Ладно, повар. Иди, освежись, сама налью,– девушка, смеясь, подтолкнула его к ванной.

– Там голубенькое полотенце, оно твое.

Ванная комната была довольно просторна, и помимо стандартного набора для таких помещений, Сергей обнаружил в ней джакузи и «приютившуюся» в углу душевую кабину. Закрыв дверь, он включил воду и сел на борт джакузи.

«Зачем я это делаю? Может, ну ее нафиг эту «разборку» с Татьяной? Просто, надо приятно провести вечер…– Сергей посмотрел на часы,– вернее утро, да и разойтись с миром».

Он встал и начал медленно раздеваться.

Спешить ему не хотелось. Сейчас в нем боролись три стихии: любопытство, похоть и жалость. Любопытство – заключалось прежде всего, в желании выяснить, как там поживает его бывшая любовь, Маша… А может, не бывшая? Он ведь все еще помнит ее, хотя всячески старается забыть. Похоть – была, вполне нормальная, мужская. Сергей поймал себя на мысли, что давно не встречался с женщинами намного младше себя, и от этого испытывал дополнительный азарт.