Мы не говорили об этом, мама

Не бог весть какая сумма, но для нас она стала спасением.

Сидя рядом с мамой, я хочу крикнуть: «Мама, мама, отчего все так? Ты же совсем не об этом для меня мечтала. Все случилось без серенад под окном и томных вздохов. Без смущенных звонков и молчания в трубку, без букетов, без надписей "С добрым утром, любимая!" под окном… Для чего ты готовила меня к сказке, когда жизнь другая, совсем другая и я узнала об этом только сейчас?»

Но я молчу. Я знаю, что мама не простит меня, если узнает, не выдержит всего этого.

А самое главное, что это решение приняла я сама, и отвечать за него тоже мне. Жизнь моя изменилась – надеюсь, что к лучшему… Но как простить себе то, что случилось, и то, что будет дальше?

Спустя полтора месяца все становится проще и одновременно сложнее. Мама наконец узнала о наших встречах. Моя милая, добрая мама! Ты верила мне часто, очень часто. Верила в дополнительные занятия в университете, внеурочные встречи по работе и сбои в работе метро. Но так не могло продолжаться долго. Мне легче, ведь я устала врать.

Мама не кричала, нет. Она сидела спокойно и молча, словно статуя, словно окаменела. И это было хуже всего. А потом она сказала, что ей больше незачем жить на этом свете. И снова замолкла на несколько часов. Я рыдала, трясла ее и обнимала – не помогало ничего, она была словно каменная. А потом она попыталась выброситься из окна. Я повисла на ней всем своим телом, не пуская. Она зарыдала. С тех пор в ней как будто что-то треснуло… Вера в меня, вера в людей… Она встречает меня вечером потухшим взглядом и стиснутыми губами.

Мне хочется обнять ее, рассказать, поплакать. Но между нами будто стена, и я молчу.

Мама, ты ведь даже не догадываешься, как это все. Думаешь, наверное, что я развлекаюсь, провожу приятно время. А знаешь, как это на самом деле? Я прихожу в «наш» отель раз в неделю, обычно по пятницам, после работы. Захожу в фойе. Он частенько задерживается, и мне приходится сидеть и ждать среди странной публики, ловя заинтересованные взгляды.

Еще неуютнее становится, когда он наконец приходит и громко приветствует меня: «Хеллоу, дарлинг! Пойдем?» В этот момент все, будто сговорившись, оборачиваются и провожают нас пристальными взглядами. Мне хочется исчезнуть, раствориться – кажется, все видят, что я иду зарабатывать деньги, и осуждают меня.

Хотя отношения с ним оказались лучше, чем я предполагала. Он многому меня учит, мама, даже по работе. Он терпелив и добр, он помогает мне писать дипломную работу.