«АрктидА». 20 лет. Академический метал без цензуры

У дверей стояло двадцать очень пьяных волосатых чудиков, три накрашенные готки и в говно бухой «сытый» дядька. Это и был Домовой, который обязывался их встретить.

Мечты Димы о мировом турне поплыли по водосточным трубам прекрасного сибирского города. В этот день он многое понял и решил напиться, чтобы выйти на сцену в диком угаре, поймав хоть какой-то позитив.

к/т «Пионер» 2003 г.

Своих целей Дима обычно добивается, и к началу концерта пришёл в кондицию. Тогда же подоспел его брат, который должен был привезти сестёр.

Когда брат пробрался к сцене, чтобы поздороваться, захмелевший Дима поинтересовался:

– А где девчонки?

– Они пришли, такие накрашенные, красивые и модные, – ответил брат. – Думали, что действо произойдёт в клубе, в ВИП ложах. Но метров за двадцать до места события я им показал, где будет выступать наш Димулька. Они свинтили через две минуты, а огненные следы ДеЛориан осветили путь их удаления подальше от этого трэша.

– Понятно, – вздохнул Дима.

Он не расстроился из-за их ухода, но запомнил навсегда.

Несмотря на обшарпанный кинотеатр и небольшую публику, за пятнадцать минут до выхода на сцену парни волновались и мандражировали. Дэнчик даже выпил валерьянки. Зато Дима стоял с невозмутимой пьяненькой физией у лесенки на сцену и понимал, что будет играть перед двадцатью тремя рылами. Двадцать из которых – это музыканты, трое не по билетам, а один из слушателей – его брат. Значит волноваться незачем. Гонорара нет, поскольку договорились на проценты.

Питание и проезд за свой счёт. Получился дичайший минус. Но коли приехали, надо отыграть.

Едва парни вышли на сцену, Дима сразу начал колбаситься. Так и делает по сей день.

Сет у них шёл полчаса. Всё гремело. На второй песне никто уже ничего не слышал, но выступление прошло неплохо.

«Это как первый секс» – думал Дима, после концерта складывая клавиши в чехол. – «Многим он не нравится, но потом хочется повторить…»

По приезде домой он рассказал родителям о разрушенных мечтах рок-звезды и на их лицах прочёл: «Какое счастье и облегчение.

Успокоился, перебесился сын. И слава Богу».

И, конечно, как настоящий рокер, Дима сделал всё назло. Несмотря на родительское негодование, он продолжил играть в группе. Даже не из-за того, что рассчитывал на что-то, а потому что полюбил рок. Полюбил живое исполнение, полюбил отрываться на сцене и вне сцены со своими настоящими друзьями. Он хотел выступать.