Именуемый Черным

Это получится наша с ним последняя встреча перед Пещерой, я так не могу. Пожалуйста, передай ты.

Когда дело касалось семьи, она всегда менялась. Адрен понимал, что если Карен встретится с ней, то успокоить ее уже не получится, пока все не закончится. Тогда и сам Карен будет постоянно прокручивать это в голове, что снижает шансы на выживание. Она поступала правильно, наступая себе на горло.

Приготовления к отъезду не заняли много времени. Пока работники закатывали бочку с тлеей в телегу, Адрен проверил почту.

Не считая ящика для магазина, в доме у них с матерью были свои персональные почтовые ячейки с магической защитой от посторонних. Как всегда куча рекламы на буклетах и листовках, он просмотрел их все, но не нашел шифровки от мастера. Была другая, от гильдии, где его просили о немедленной встрече по возвращении. Это логично, учитывая дела, которые они согласовали с мастером, однако писал не Савва, и это настораживало. В голове сразу появилось два вопроса: почему кто-то в гильдии прыгает через голову его мастера и где, собственно, сам Савва или его письмо? Юноша быстро начертал небольшую руну на краю листа, отчего бумага обратилась в прах. Пока все больше походило на очередную попытку самоуправства от Иссарата, старшего среди учеников Саввы. Подождет, не пуп земли.

Каждый год из-за Пещеры в столицу съезжались толпы родственников и просто болельщиков, чтобы поддержать героев, что жертвуют жизнями во имя общего блага.

Толпы горожан и приезжих шныряли по проезжим частям, из-за нехватки регулировщиков на некоторых перекрестках создавались пробки, люди не могли разъехаться и лезли выяснять отношения «по-мужски». Другой проблемой стала мобилизация военных: увеличилось количество патрулей, которым приходилось уступать дорогу и доказывать, что с Хранителем ты не знаком. Выборочные проверки кошмарили народ, знакомые маршруты теперь казались куда длиннее.

Зависнув на очередном перекрестке, Адрен поглубже натянул капюшон.

Даже с куполом над Сандеоном солнце продолжало припекать. Не так жарко, в городе было комфортно, но все же. Вскоре удалось свернуть с главных городских магистралей в квартал ремесленников. Здесь были представлены почти все профессии, что существовали в их мире. Те, кто работал на знать, могли себе позволить дома в других частях города. Таких была горстка, основная же масса ремесленников была сосредоточена тут.