Перерождение

Изо всех сил начали разжимать хватку.

– Идёт. Идёт! Тяни ногу, дурень!

Яробуд начал отползать дальше и дёргать ногой, всё ещё заключённой в капкан-руку мертвеца. Снорре чувствовал его панику и понимал, что парень может не выдержать и заорать. Они лишаться эффекта неожиданности и следовательно возможности расспросить ведьму о Культе. Этого нельзя было допустить. Волхв положил руку на макушку Яробуда и быстро проговорил пару простых успокаивающих мантр. Ретивый обмяк.

– Давайте ребятки! – Снорре снова бросился помогать.

Костлявая рука вместе с ногой моталась из стороны в сторону, разбрызгивая зелёную муть болота. Драган не выдержал. Он встал и несколько раз с силой двинул по запястью мыском своего сапога. Пара пальцев мертвеца соскользнули с ноги Яробуда, что дало Снорре и Ратко воспользоваться моментом и, наконец, вырвать ногу. Скрюченная белая кисть на секунду замерла. Затем пука по локоть вышла из ямы и медленно ушла на дно. Лишь только несколько пузырьков болотной жижи и оставленные на земле тёмно-коричневые борозды от сапог вокруг ведьминого «капкана» напоминали о том, что происходило буквально секунды назад.

Все тяжело дышали, сев на землю.

– Спокойно…Спокойно. Уффф, – перевел дух Снорре. – В лужи не ступать.

– Да ладно??? – сделал удивлённый вид Ратко. – А то что?

Они встали. Поправили клинки у себя на ремнях и аккуратно двинулись дальше. На этот раз медленнее и внимательнее.

– Ведьма расставила ловушки. Больше, чтобы задержать и вывести из душевного равновесия непрошенных гостей.

Как я вам говорил, главное, не паниковать. Иначе вы будете наиболее уязвимы для чар ведуницы. Яробуд, как ты?

– Хорошо, Снорре, – тяжело дыша, ответил блондин. – Спасибо, что помог. Давайте побыстрее закончим с этим. Мне и вправду…

Его вырвало.

Они подождали пока пройдут спазмы, и пока не выйдет весь завтрак.

Подошли к калитке. В доме, казалось, было тихо. Они не стали отодвигать защёлку, побоявшись, что ворота могут скрипнуть.

Перелезли через низенький заборчик и очутились во дворе с неровно скошенной травой. Поодаль – конура без собаки. Пять кур тихо бродили по двору и, кажется, не замечали вторгнувшихся в их владения наглецов. Небольшой цветник с распустившимися ирисами. Две аккуратные грядочки: на одной зеленела петрушка и укроп, на второй наливались тыквы.

– Мило, – прошептал Ратко, оглядывая грядки.

Они завернули за угол дома: туда, где находилось крыльцо с входной дверью.