Барышня из будущего

– Ваша, светлость вас ожидают, – все тем же бесцветным голосом произнес лакей и Алексей поклонившись, ушел в сторону кабинета отца.

Ничего не оставалось делать, как направится на веранду и там отдаться в руки тетушки.

На улице светило солнце, на небе не было ни облачка, и все было бы хорошо, если бы именно в эту минуту не обсуждалась моя дальнейшая жизнь в кабинете, куда даже не подумали пригласить. Если сейчас все решится, то придется выйти замуж за человека с которым протанцевала танец и поговорила пятнадцать минут.

Конечно в нашем времени можно поцеловаться на первом свидании и любовью заняться, при взаимной химии, но выходить замуж! Не поняв человека и потом жить с ним под одной крышей до конца дней своих или его. Тут как повезет! Без возможности подать заявления на развод. Это было крайностью.

Вдалеке уже показалась открытая беседка, в которой восседала герцогиня Мальцева, собственной персоной изящно держа своими длинными пальцами белую фарфоровую чашку.

Остановилась на секунду наблюдая за, но графиня повернулась, улыбнулось и кивком головы пригласила присоединиться, словно была хозяйкой, если не всего поместья, то уж беседки точно.

Села, и графиня взяв на себя роль хозяйки налила чай и без всяких раскачиваний и долгих расшаркиваний, любезностей и светских бесед, начала с того зачем видимо сюда и явилась.

– Вы не достойная партия, для Алексея! – высокомерным тоном произнесла графиня, целюсть повисла в воздухе и брякнулась звучно о землю от прямоты заявления! – И говорила, брату о том что еще хлебнет горя взяв в невестки дочь лавочника! – эти слова выплюнула с явным пренебрежением.

Ох, не ожидала! Вот куда же скажите делась вчерашняя милая старушонка?

Теперь понимаю, всю двуличность таких субъектов. Раньше читая переписки, думала про такие ситуации, как такое возможно? Вести двуличную игру, где на людях белая пушистая, а наедине лицом в грязь. Теперь понимаю! Эта черта видимо у дворянок вместе с молоком матери передается, на генном уровне.

– Но кто слушает! Кто? – сказала графиня в воздух и рассмеялась. – Можно же было найти дворянку из обедневших, пусть без приданого, но с родословной. – выговаривала так как будто должна была встать и отказаться от брака с любимым Алешенькой!

– Вот же старая грымза! – промелькнула мысль, что натянуло улыбку на лице, видимо притворство передается не с молоком матери, а воздушно-капельным как грипп.