Мой путь из Йоханнесбурга в Кейптаун, длиною в жизнь. Записки путешественника

Зима ушла и вместе с ней печали, что сердце обжигали день и ночь.

Прощай, я не скажу “Прощаю”. Моя печаль уходит за тобой.

Зима холодной злой походкой

прошлась по мостовым чрез сотни глаз. Прощай, я не скажу “Прощаю”.

И сердце снова дышит вслед за мной. Слова, слова – безгранные творенья. Без боли и без сладости – нет слов.

Ушла пора, где слово вдохновенно

вело, как Данко вел, не ведая позор… Позор сомнения и лжи плаксивой прозы.

Позор завистливо, лениво попирать чужую боль. Чужое горько слово,

когда и день, и ночь в трудах горишь. Ваять, творить, любить. Создать хотя б мгновение, когда на сердце от любви пожар,

когда в глазах душа сияет, веря, что МИР – вокруг, внутри тебя.

Пришла весна и вместе с ней та радость, что сердце обжигает день и ночь.

Прощай, скажу тебе “Прощаю”.

Прошло часа три, и я была в ресторане. На столе стоял винегрет, картофель, пельмени, соленые огурцы, грибы… Эта картина словно на мольберте в галерее художника оживает ярким пятном в моей памяти.

Я решил, что ты станешь моим заместителем. Ты сможешь, а я помогу тебе. «Ты будешь профессионалом, главное – не испугайся после своих возможностей»,?– сказал он уверенно.

Глава 4

Он начал свой бизнес в 27 лет, когда обнаружил источники воды в одной из частей Африки, и позже открыл завод по производству стекла, привлекая иностранные инвестиции. Тогда песок и газ – основное сырье и ресурсы для изготовления стекла – были дешевы, и акции его компании резко поднялись вверх. К тому же он предусмотрел главное – экономное расходование энергоресурсов и наращивание объемов пищевого производства.

Я немного знала об этом. Мой дедушка после войны был отправлен на восстановление стекольного завода. Мне кажется, когда человек увлечен чем-то и в его крови течет творческий дух, он легко может переплетать одухотворенность с более земными требованиями и даже наоборот: одно усиливает, укрепляет другое.