Солонго. Том 2

– Как интересно!

Они пили горячий солоноватый чай, прикусывая твердые шарики сыра и разговаривали. Им было интересно друг с другом и время пролетело незаметно, исчезла скованность и смущение, Баэрта расслабилась, щеки ее зарумянились от горячего чая и оживленного разговора, когда неожиданно зазвучал голос Алтенцецег у входа в юрту:

– Баэрта, Баэрта! – и не дожидаясь ответа, пола приоткрылась и в юрту вошла Алтенцецег. Она не сразу рассмотрела Арынгазы в сумерках юрты, начала говорить:

– Я приходила сегодня к тебе, но не застала, – девушка осеклась, увидев его, сидящего на топчане с пиалой в руках.

– Я гуляла, – сказала Баэрта, проворно вскочив с топчана.

– Ой, я зайду позже,– и не дожидаясь ответа, исчезла, плотно задернув полог.

Баэрта и Арынгазы сразу замолчали и волшебство момента было прервано. Баэрта поставила пиалу и тихо предложила осмотреть рану. Он снял халат и она, повернув его к свету, осмотрела и осторожно провела пальцами по темно-бордовому рубцу.

– Рана зарубцевалась, но еще нужно время чтобы все хорошо срослось, прошло только пол луны. Этого мало. Уже хорошо, что отпала корка. Все-таки хороший порошок,– говорила Баэрта, размышляя вслух, – но китайская мазь поможет, я сейчас нанесу, ее нужно осторожно втирать. Она открыла баночку и стала круговыми движениями, слегка нажимая втирать ее в бок, вокруг рубца все покраснело и сам рубец стало жечь, как раскаленным железом, Арынгазы поморщился и по лицу его потекли слезы:

– Ох, я кажется понял почему так называется эта мазь, даже камень заплачет от нее…

– Потерпи, боль сейчас пройдет, эта мазь ускорит заживление, если очень больно, то ты дыши, глубоко дыши и все пройдет,– сказала она , убирая баночку.

Она повернулась к нему, осторожно опуская его рубаху, Арынгазы прижал ее к себе, она осторожно, ненастойчиво попыталась освободиться, но он не отпускал ее, вдыхая запах ее волос, пропахших какими-то порошками и снадобьями. Она почувствовала, как бьется его сердце и участилось дыхание. Баэрта отстранилась, твердо решив прекратить это и уговаривая себя быть стойкой и не поддаться ему, такому желанному мужчине. Но все ее тело чувствовало его, в ней отдавался каждый импульс, исходивший от его сильного мужского тела. Он тряхнул головой и вдруг его руки приперли ее к алтарю, отрезав путь к отступлению.

– Баэрта…– хриплым голосом сказал Арынгазы.