Галина Волчек как правило вне правил

У него также не сложились отношения со школой рабочей молодежи, но он оказался более активным строителем собственной жизни, чем его подружка по несчастью. Этот самый Изя, который потом работал на «Мосфильме», а через несколько лет эмигрировал в Германию, разузнал, что на далекой московской окраине, а именно в Перове, есть школа-экстернат, где можно сдать экзамены за девятый и десятый классы. И не просто сдать, а что есть там учитель Михаил Миронович, который за символическую плату помогает подготовиться к этим самым ненавистным экзаменам.

Ко всем, кроме химии. И здесь история входит в свою драматическую часть, полную необъяснимых и, как покажет время, мистических вещей.

Середина 40-х. Надпись на обороте фотографии: «На память дорогим бабуле и дедуле от Гали. Бабуля и дедуля, это я снималась на теннисном корде». Орфография сохранена.

Хоста, 1946 год

1951

{МОСКВА. УЛИЦА ПЕРОВСКАЯ. ШКОЛА-ЭКСТЕРНАТ}

– Берите билет и готовьтесь, – говорит учительница строгим голосом, не предполагающим возражения.

Галя Волчек вместе с пятеркой таких же дрожащих, как она, берет белую бумажку со стола.

– А мне готовиться не надо.

– Как, не надо? – Удивленные глаза учительницы поверх очков.

– Не надо, – повторяет экзаменуемая, стремительно подходит к доске и быстро-быстро исписывает ее химическими формулами.

Итак, Михаил Миронович сделал все, что от него требовалось, – помог Гале Волчек пройти физические и математические круги ада. Оставался последний – химический, пугающий ее так и не освоенной таблицей Менделеева.

Самое интересное, что о Менделееве Галя знала много – что он чемоданы делал, был тестем поэта Блока и даже читал его стихи наизусть. Что касается его химических открытий, то они были недоступны ее гуманитарному сознанию. Она готова была скорее раствориться в соляной кислоте, чем что-то постичь про возможности этой самой кислоты вступать в двух- и трехвалентные соединения. Перспектива отсутствия оценки по химии и как результат – аттестата зрелости мучила ее и загоняла в тупик.

В таком состоянии девочка безнадежно листала учебник, и вдруг…

ГАЛИНА ВОЛЧЕК: – В полной безнадеге листаю, листаю и вдруг вижу название «Теория электролитической диссоциации». Мне так понравилось сочетание слов, а кантиленность названия вообще звучала как песня. И вдруг меня шибануло – я выучу это наизусть.

20 мая 1948 года.

Подпись на обороте: «С экзамена».

Она творчески подошла к вопросу.