Похождения бизнесвумен. Крутые восьмидесятые. Лихие девяностые. Коварный Миллениум

А если гравюры, эстампы? Навожу справки – можно вывозить без разрешения на усмотрение таможни. Так, теперь надо решить, как быстро собрать эстампы. Иду в печатные мастерские Графкомбината. Там Лёша Баранов всем заправляет, что-нибудь посоветует. Лёша – просто находка. Мало того, что в его личном пользовании – целая кипа гравюр лучших питерских художников, так он мне за какие-то мелкие деньги сосватал мужичка, делающего и рамки, и стекла, и ящики.

– Только ему надо место, где он всё будет собирать, а мне – бутылку хорошей водочки, – подытожил Лёша.

Место нашлось во Дворце молодёжи. У Дрызлова там оказался знакомый администратор, и нас пустили собирать экспозицию в большую комнату за сценой. Через неделю 10 ящиков, набитых стружками, чтобы не разбилось стекло, заколоченных гвоздями и опечатанных таможней, стояли наготове. Я радостно отрапортовала об этом Вите.

Он внимательно посмотрел на меня своим задумчивым взглядом и промолвил:

– Хочу тебя познакомить с моей группой, всё-таки вам вместе придётся действовать и помогать друг другу.

Последние слова он произнёс со значением. Как по команде, вошёл Дрызлов, а за ним ещё четверо ребят с инструментами. Один из них показался мне знакомым. А когда взял гитару в руки и запел, я уже точно знала, что встречалась с ним прежде. Но где, когда? Пока шла репетиция, Дрызлов с Витей что-то горячо обсуждали, но за грохотом ударных разобрать голоса было невозможно. Меня всё мучила мысль, где я могла видеть их солиста, Гену Богданова.

Под конец мне уже стало казаться, что я его не только видела, но и рисовала. Шиза какая-то. А тут ещё вдруг Дрызлов стал вокруг меня вертеться, то с одной стороны зайдёт, то с другой. Наконец, изобразив подобие улыбки, загадочно произнёс:

– Ну что, пойдёшь на Исаакиевскую?

– Пойду, если надо, – не растерялась я.

– Вот и договорились. Завтра, в 18 часов, у главного входа.

У какого главного входа, что там на Исаакиевской?

Так, погоди, дай сообразить. Что-то такое Витя говорил про куратора выставки Данилова.

Что он – от горисполкома, а это как раз на Исаакиевской площади и находится. Меня туда зовёт Дрызлов, который до сих пор знаться не хотел. А теперь зачем-то понадобилась… До отъезда – неделя. Синие служебные паспорта и визы уже сделаны. В чём же может быть загвоздка?

На другой день, без пяти шесть стою у главного входа горисполкома. Голова Дрызлова кивает мне из дверей, и мы подымаемся по лестнице на второй этаж.