Лора

Она только что услышала подтверждение, что Кастор унаследовал силу Аполлона. И это было бы самым простым решением самой неотложной из ее проблем.

Нет, Лора не могла привести Кастора к себе. Причины очевидны, но от этого не легче. Афина не оставит в живых убийцу своего брата, да и незаметно вывести нового бога из Дома Фетиды тоже не представлялось возможным – Ахиллиды пустились бы в погоню и могли проследить их до самого дома. Майлз, Кастор, Афина – над ними и так нависла смертельная угроза, разоблачение же означало мгновенную гибель.

В Доме своего клана Кастору гарантирована защита – даже при том, что рядом остается Филипп, даже после того, как Рат объявил Ахиллидам войну. И пусть Рат обвинил Кастора в слабости, в том, что он не сможет защитить Ахиллидов, именно вмешательство нового Ареса спасло нового Аполлона. Охотников всегда отличала чудовищная гордость, и Ахиллиды не были исключением. Они ни за что не откажутся от своего нового бога и лучше погибнут, чем подчинятся чужаку.

Лора в последний раз оглядела зал, мысли в ее голове лихорадочно метались.

«Не подведите меня, придурки, – прорычала она. – Не дайте ему умереть».

Ван оторвался от разговора с Акантой и направился к Кастору, быстро сокращая расстояние между ними. Он пронесся мимо Лоры так близко, что она почувствовала запах его одеколона с нотками апельсина и сандалового дерева, и с трудом удержалась, чтобы не вцепиться в него.

Прошло так много времени с тех пор, как они виделись в последний раз. Они тогда были детьми, носились по городу как угорелые.

И если Кастор всегда был открытой книгой, счастливой от того, что ее читают и понимают, Ван оставался дневником, закрытым и спрятанным под матрасом – за исключением тех моментов, когда он обвинял Лору в том, что она втягивает Кастора в неприятности, вовлекает в опасные, по мнению Вана, затеи. Опасными Ван считал практически все развлечения.

Вообще-то Лора предпочитала никому не доверять. Ее расположение было чем-то вроде вещицы, которую одалживают редко, и никогда – бесплатно.

Она знала, что преданность Вана семье всегда будет выше их так называемой дружбы, и решила, что сама найдет возможность выбраться из Дома Фетиды, как делала это всегда.

Она заторопилась наверх, возвращаясь тем же путем, которым попала сюда, с каждым мгновением чувствуя, как нарастает тревога. Невыносимая тяжесть сдавливала грудь. Лора с трудом преодолела последние ступени и едва не задохнулась, когда снова нахлынула паника.

Рат.