Женщина на пике мозга

– Он что, бьет тебя? Скажи! Я знаю, куда обратиться.

«Он» – это Ритин муж, 45-килограммовый кандидат философских наук, обладатель тяжелой и крепкой оправы для очков.

– Никто меня не бьет, не шуми, – зашипела Рита. – Я сделала уколы, вот и все.

– Уколы? Какие уколы?

Тут до меня дошло.

– Ты колешь губы?! – зашипела я как можно громче.

– Конечно, колю! Ты думала, они всегда так выглядят?

Чтобы вы понимали, у Риты довольно тонкие губы.

Мы уже поднимались по заполненному эскалатору, когда меня осенило.

– А вокруг глаз ты тоже делаешь уколы?

Рита посмотрела на меня, как на ребенка, который наконец догадался, как пользоваться качелями. Со смесью снисхождения и умиления.

– А как ты думаешь? Мы все в редакции делаем. Если хочешь, я дам тебе телефон нашей косметички.

Сказать, что мой мир перевернулся, означало бы говорить шаблонами. Поэтому скажу так: мой мир споткнулся, выругался и пошел дальше, прихрамывая.

Весь вечер я присматривалась к своим коллегам, которых, я думала, я так хорошо знала (ха!), и выискивала в их идеальных лицах следы косметического вмешательства.

Их не было. Похоже, косметичка свое дело знала.

Через пару дней я встретилась со своей лучшей подругой Майей в нашем любимом заведении. Заголосила, едва Майя появилась в дверях.

– Они все кололись! Представляешь, все кололись! А я-то думала…

Щеки Майи залил какой-то слишком яркий для дружеской встречи румянец.

До меня дошло.

– И ты?.. – так вот что чувствовал умирающий Цезарь.

– Прости! Я не знала, как тебе сказать! Просто ты такая всегда натуральненькая…

Догадываюсь, что в глазах Майи, работающей топ-менеджером в банке и не выходящей из дома без шпилек и пиджака, я выгляжу как обкуренная хиппи, принимающая ванну раз в неделю. Как бы там ни было, такого предательства я не ожидала. Одно дело колоть ботокс, совсем другое – скрывать это от своей лучшей подруги.

Через несколько дней Рита скинула мне телефон редакционной косметички. Я уже почти собралась его набрать, но догадалась спросить у Риты, во сколько мне обойдется разглаживание кожи шприцами.

Сумма оказалась в два раза больше той, что я хранила в третьем томе Альфонса Доде на черный день. Я решила не беспокоить Доде, но дождаться ближайшей зарплаты.

Быстрее, чем с зарплатой, я встретилась с мамой. Моя мама – совершенно роскошная женщина, с идеальными чертами лица, выдающейся фигурой и копной каштановых волос. Увы, я на нее не слишком похожа.