Белая комната

Как-то в особо погожий денек я дунула на одуванчик, и стайка пушистых зонтиков понеслась на Асино лицо. Она поморщилась.

– У тебя есть мечта? – спросила я.

Не открывая глаз, продолжая впитывать солнечное тепло, Ася начала говорить:

– Да… я хочу красивую машину, такую, знаешь, глянцевую, вылизанную, чтобы блестела каждая деталь, и салон из кожи. А еще туфли. Настоящие, не эти, что на мне сейчас, а дорогие, с удобной колодкой, которые в магазине тебе вручают не просто в коробке, а перевязанные лентой и с тканевым мешочком в подарок.

– Мы этого добьемся?

– Да, думаю, мы этого добьемся.

– А я хотела бы быть нужной.

– Кому? – удивленно спросила Ася.

– Да хоть кому-нибудь. Я не обладаю талантами и немного лишняя во всем этом, – я нарисовала в воздухе руками шар, имея в виду мир.

– Не смотри на других. Всего у тебя достаточно! Главное, с тобой легко и весело! – Ася обняла меня и игриво чмокнула в щеку. – А еще у тебя идеальный нос! – добавила она, нажимая на мою курносую пипку, как на кнопку.

– Ты язва, Ася, но такая милая! Люблю тебя!

Ася часто ругала меня за то, что я постоянно себя сравниваю с другими, а я ее – за бестактность.

На третьем курсе Ася устроилась в международную фирму с хорошим окладом. Я подрабатывала во время каникул. Мы взрослели, но моя боязнь публичности никуда не девалась. Наоборот, все чаще в моменты сильного волнения я уходила в себя, вернее падала в пушистое белесое облако, которое отгораживало меня от внешнего мира защитной пеленой.

Я никому не рассказывала о нем, но оно мне очень помогало. Так, что при защите диплома сказали, что отличная оценка – это следствие моей твердой позиции. «Как у Аси», – подумала я, хотя горло драло от сухости, а ноги были ватными. Когда подруга была рядом, мне было легче входить в это пространство, я смотрела на брошь, слушала голос Аси и успокаивалась.

Тем последним, по-настоящему беззаботным летом, когда нам едва исполнилось по двадцать одному году, я страшно поругалась со своим молодым человеком (по совместительству три года как женихом), рыдала что есть мочи.

Моя первая любовь, кинжал в сердце, ключи в ящик. Я готова была лечь в ванну и утопиться в собственных слезах. Но Ася сказала, что если люблю – надо бороться. Счастье на дороге не валяется! Пока я раскисала на диване, считая, что все кончено, подруга цокала шпилькой на пороге. Я сдалась, в двенадцатом часу ночи мы поехали в Строгино в платьях и на каблуках.