Утраченное наследие

 – она многозначительно погрозила кулаком в пустоту.

Гриша изумленно смотрел на Софью Ильиничну.

– Я сейчас!.. – сказала хозяйка и снова исчезла за занавеской, разделяющей гостиную и кухню.

Через полчаса они сидели за круглым столом под абажуром, и Григорий с наслаждением пробовал курицу под каким-то умопомрачительно вкусным соусом. Он нахваливал приготовленное, не преувеличивая своего восторга ничуть, чем доставлял Софье Ильиничне большое удовольствие. Она с упоением смотрела, как он ел, и изредка делала глоток красного вина, которое Гриша принес с собой.

– Софья Ильинична, это что-то, – нахваливал он. – Тут травы какие-то в этом маринаде, да?.. Ммм!

Женщина улыбнулась:

– Не льстите мне, Гришенька! Я давно потеряла сноровку. Не для кого готовить-то. А самой себе и не интересно…

– Нет. Это блюдо бесподобно. Ни в одном ресторане такого не попробуешь, – настаивал он.

Софья Ильинична даже рассмеялась, довольная, что угодила гостю.

– А как давно я не пила хорошего вина… Вы даже не представляете, Гриша…

– Скажите, а почему вы живете совсем одна? – вдруг посерьезнев, спросил Григорий.

Женщина вздохнула и поставила фужер с вином на стол.

– Так вышло, Гриша. Никто не заказывает себе одиночества, – печально ответила женщина.

Гриша смутился, поняв, что несколько бестактно задал вопрос.

– Но у вас ведь есть родственники… Я знаю, я читал про ваш род в интернете. У Курагиных большое генеалогическое древо, – попытался он оправдаться.

– Ну что вы! Большое древо давно зачахло, – грустно улыбаясь, сказала она. – Это много лет назад в доме было полно гостей каждый вечер, играла музыка и горел камин, вот как сегодня… – Софья Ильинична с тоской оглядела комнату.

Гриша снова пожалел, что спросил об этом…

Женщина сделала еще глоток вина и снова вздохнула.

– Теперь уже минул не один год, как я живу здесь совсем одна. Все мои родственники по маминой линии в основном живут в Москве и Подмосковье.

– А почему вы не уедете к ней? – спросил Гриша и сразу смутился. Он тут же вспомнил, зачем был послан в этот дом изначально…

– Не краснейте, Григорий! Не за что вам краснеть!.. – успокоила она, тут же угадав его мысли. – Я не уезжаю к сестре, потому что здесь… – она умолкла и задумалась на секунду. – Здесь вся моя жизнь, жизнь моих предков.