Утраченное наследие

Но поскольку она была уже венчанная, она отказалась от этих встреч сама. Лизавета пережила своего супруга на много лет. Детей у нее не было. Так и умерла одна в огромной усадьбе.

Гриша слушал и не отрывал взгляда от горделивой красавицы.

– А вот и мой отец – Илья Алексеевич!.. – показала женщина на красивого высокого мужчину 20 лет. У него были большие и выразительные глаза, как у самой Софьи Ильиничны.

– Ой, я знаю, он был оперным певцом в нашем театре оперы и балета, – блеснул знаниями Григорий.

– Он был выдающимся тенором того времени.

Его знала вся страна. У меня сохранилась всего одна пластинка с его голосом. Он даже работал на одной сцене с Ш., когда тот жил в Казани. А театр отца приезжал туда на гастроли. Эту память о великом человеке он пронес через всю свою жизнь. Даже жалел, что у него не бас… – улыбалась Софья Ильинична. – Смешной был отец. Красивей его голоса я за всю жизнь не слышала. Вообще, был очень восторженным человеком, влюбленным в музыку. Целыми днями мог репетировать. Даже не ел. Шутить любил очень над всеми… Я помню его смех до сих пор…

На глазах Софьи Ильиничны заблестели слезы.

– Вы можете включить его пластинку? – спросил Гриша.

– Я слишком берегу ее… Боюсь, что с ней что-нибудь случится.

– Ее можно перевести в цифровой формат, Софья Ильинична! Тогда его голос не пропадет вместе с пластинкой.

– А это возможно? – удивилась женщина.

– Конечно. У меня есть друг – компьютерщик. Он любит такие вещи, редкие… Если вы позволите!..

Софья Ильинична смотрела на Гришу, словно он говорил о чем-то потустороннем.

В то же время в ее глазах появилось искреннее доверие к нему.

Гриша заметил это, и в душе его что-то переворачивалось… Это не жалость была, а чувство какой-то детской восторженности. Чем больше он узнавал эту женщину, тем больше привязывался к ней и тем сильнее хотелось помочь ей спасти дом.

Софья Ильинична продолжила листать семейный альбом.

– Это мои родители вместе. Отец женился, когда ему исполнилось 26 лет.

Мама была дочерью знаменитого инженера Берегова и страстной поклонницей таланта отца. Они и познакомились в театре.

– О, инженер Берегов… Это тот самый Берегов, имени которого есть музей на Старосадовой? – Гриша наморщил лоб. – Он же проектировал и строил военный завод?

– Да. Это тоже мой знаменитый дед, только по линии матери. Этот завод сделал его героем СССР, но уже после войны. Он же возглавил круглосуточное изготовление оборонных заказов в 1941 году.