Приключения игрушечного льва Лёвки. История четвертая. Лёвка в стране Ужаснов

Лёвка радостно мявкнул и бросился навстречу:

– Кот! Кот! Это ты! Ты здесь! Как я рад тебя видеть!

Волшебный Чёрный Кот – вообще-то все коты более или менее волшебные, но чёрные всех волшебней, – так вот, когда-то давно этот Кот сыграл в игрушечной жизни Лёвки очень-очень-очень важную роль. С тех пор Лёвка не видел его ни разу, но часто вспоминал и повторял про себя его слова. Какую роль и какие слова? А вот, почитайте первую книгу, и узнаете.

Кот подошёл, ласково потерся усами о рыжий Лёвкин мех и, кивнув Бабане, промурлыкал:

– Добро в дом, матушка.

От этого “мур-мур” воздух еле заметно задрожал, а у Лёвки приятно защекотало внутри. Бабаня довольно кивнула в ответ, видимо, это были важные слова.

Лёвка мельком глянул на Тима и Главную маму – не проснулись ли. Нет, спят, глубоко и спокойно. На всякий случай проверил тени – всё нормально, черноты не видно.

– Вот тебе и ответ, внучок, кто меня поумней, – сказала Бабаня. – Без Мастера нам с тобой в этом разе не обойтись.

– Хм, – удивился Кот, – видимо, в самом деле, что-то серьёзное, если сама Бабаня моей помощи просит. Расскажете?

– А вот, обожди чуток, сам всё увидишь.

Кот чуть удивленно прищурился, но промолчал, а Лёвка в разговор старших не лез, знал, будет нужно – спросят.

Все трое замолчали. Лёвка только один раз шепотом сказал Коту, что он так много всего хочет рассказать, а Кот кивнул и мурлыкнул: “Конечно”. Тем более, что ждать пришлось недолго.

Лёвка увидел первый и невольно дёрнулся, но Бабаня предостерегающе поцокала языком, а Кот издал глубокий и едва слышный “хрум-м”, от которого местные мыши, крысы и всякие хомячки на километр вокруг в панике забились кто куда.

Чёрный сон появился. Как и в прошлые разы, он выдавился из тени, стал набухать и расти. Дальше произошло вот что.

Кот своей особой кошачьей походкой – немного боком – пошел навстречу темноте. Та не обратила на него никакого внимания и продолжала раздуваться.

Вот она уже ростом с Кота, вот – поднялась выше письменного стола, нависла, как огромный осьминог со щупальцами и странными отростками. Казалось, ещё мгновение, и она набросится, подомнёт Кота, раздавит, как букашку!

– Стой на месте, Лёвушка, – прошептала Бабаня, и, если бы не это, Лёвка бы уже бросился, очертя голову, на наглую тварь.

Кот поднял лапу и выпустил один единственный коготь, а затем небрежно ткнул им в шевелящийся ком темноты.