Сказки старого дома 3

Завидный кусочек, если за него с умом взяться. Попал, правда, не в те руки.

– Понятно. Мимо не пройти. И сколько за него запросили?

– Триста золотых. Это много?

– Понятия не имею. Нам бы поскорее обернуться с покупкой. Нужно ведь ещё во дворец заглянуть. Вы сидите здесь, а я слетаю к банкиру и по пути загляну к стряпчему. Пока я хожу, придумайте себе какую-нибудь бесхитростную фамилию. Иначе купчую будет не оформить.

У Циммермана взял не триста, а на всякий случай триста пятьдесят золотых, двадцать из которых серебром.

Стряпчий – синьор Имрих оказался у себя в конторе.

– Мой друг хочет приобрести кое-какую недвижимость в порту. Вы, синьор Имрих, не согласились бы сопровождать нас, чтобы оформить сделку прямо на месте?

– Разумеется, сейчас я только соберусь.

Сборы были недолгими. Стряпчий побросал в портфель какие-то бумаги, запихнул туда же чернильницу-непроливайку, перья и какие-то печати.

– Я готов, – сообщил он, и мы вышли на улицу.

Вик ждал нас перед «Морским драконом».

Познакомил его со стряпчим и двинулись вниз – к порту. Грязный притон не виден из города за окружающими порт домами. А из порта не виден за складскими строениями, но кому нужно – тот найдёт. Нашли и мы. Тем более что наш проводник здесь уже сегодня побывал. Внушительное деревянное строение с дырявой и полустёршейся вывеской «Приют моряка». Внешнее впечатление, что вот-вот развалится. Внутри не всё так безнадёжно, но всё равно удручающе до тех пор, пока не подойдёшь вплотную к стене или опорному столбу второго этажа и не колупнёшь их пальцем. Окажется, что серая, ноздреватая ветхость и точки изъеденного жучком дерева просто нарисованы. На стук древесина отзывается звонкой свежестью не таких уж давних лет, а не глухотой многих десятилетий, как старая.

Хозяин и в самом деле безобразен. Сухой, горбатый и хромой. Одетый в какое-то невообразимое, но не рваное тряпьё и с громадным ножом за поясом. Глубокие и кривые морщины прячутся в волосяных зарослях бороды. Пронзительный взгляд исподлобья прищуренных, словно оценивающих собеседника глаз и хриплый, повелительный голос довершают картину.

– Приветствую вас, синьоры, – обращаясь к нам всем, но глядя только на Вика, произнёс этот персонаж, словно сошедший со страниц страшных сказок. – Что желаете?

– Продолжить наш недавний разговор, – ответил Вик, – если вы не передумали.

– Прошу вас, синьоры, за стол. Я не передумал, но подумал, что очень задёшево отдаю своё заведение.