Последняя жизнь принца Аластора

А значит, мое время для побега стремительно таяло. Я так и не нашел выхода из-под эшафота, когда почувствовал запах дыма. Грешная Звезда уже поджег деревянную кучу.

– Смертный! Ловите смертного! – Грешная Звезда пытался перекричать шум. Псы, принюхиваясь, искали меня. В конце концов, я вылез из-под эшафота и оказался на задней части площади.

Я полз, руки скользили по уличной грязи. Крик застрял в горле, когда кто-то наступил сапогом мне на пальцы. Брусчатка отпечатывалась на мне синяками и ссадинами.

«Давай, слизняк, не останавливайся! Впереди проулок… Там лестница, она ведет на крышу мясной лавки!»

– Зачем, – выдохнул я сквозь зубы, – мне вообще тебя слушать теперь?

«А какие у тебя есть варианты?»

Совсем рядом с лицом пронеслась когтистая лапа, срезав несколько прядей с моей челки.

Я дернулся и ударился о колесо телеги.

Ох, ладно.

Я, шатаясь, пошел вперед. Так быстро, как могли нести меня сбитые ноги.

– Пленники! Хватайте их! – закричал огр. – Аккуратнее с зубами кровососов!

Проулок, о котором говорил Аластор, был метрах в пяти.

Но его загораживали контейнеры, полные визжащих алых крыс и маленькая женщина-хоб с огромными глазами. В руках она сжимала объявление, где крысы предлагались за чернопенни или его эквивалент в магии или золоте. И она явно меня заметила.

Я поднял руку и в отчаянии приложил палец к губам. Кажется, я мог видеть, как в ее груди рождался крик, как он поднимался к ее горлу, как дым. Другой демон врезался мне в спину и, кряхтя, рухнул на землю.

Я продолжал бежать, но женщина завизжала, и чья-то рука схватила меня за воротник и дернула в сторону.

Видимо, мои глаза так и не отошли от взрыва, потому что в рассеивающейся темноте я смог увидеть только совершенно черное существо, очертаниями похожее на человека. Оно снова потянуло меня за воротник, на этот раз сильнее, так, что он чуть не оторвался. Другая рука существа указывала вперед.

«Слизняк, даже не думай…»

Та женщина, должно быть, была заклинателем крыс, но в тот момент она не звала их на помощь – она просто визжала.

– Человек! Он убегает!

Никто ее не слушал. Или всем было наплевать. Паника, охватившая демонов, начала доходить и до меня.

– Дети, мои детушки! Где они?

– …нельзя здесь оставаться!

– Пустота! Великий гуль, спаси нас!

Если не обращать внимания на круглые носы и чешую, оставалась только одна очень знакомая, очень человеческая эмоция – страх.

Темная фигура все еще ждала, вытянув руку.