Заброшенная территория

– Это ваша машина?

– А что? Купить хотите?-Суздальцев открыл чудом сохранившимся, еще заводским ключом дверь.

– Пусть для меня это сделает будущий муж!– собрала внизу живота ладони странница, изо-гнув при этом вальяжно ногу. Егор вставил ключ в замок зажигания, не закрывая при этом дверь.

– Так ты у нас невеста?– усмехнулся он.

– Нет. Я еще не познакомилась со своим мужем!

– Куда тебе?– заглянув в прозрачно-голубые глаза девицы, спросил Суздальцев.

– Ты не в Кавалерово?– спросила длинноногая странница.

– Нет. К сожаленью, ближе!– соврал Егор.

– А мне, к счастью, тоже!– верх ног приблизился к самому лицу водителя.

– Это куда?

– Куда довезешь!

Золотая фикса, сверкающая меж ярко-Розовых губок, крокодиловый пиджак на прямых плечиках, чуть выглядывающая из-под юбки, нижняя часть аппетитных «яблок», выступающие на фоне тонкой серой кофты, торчащие соски…– все это соблазняло!

Сколько за тридцать шесть лет своей бурной жизни он встречал таких блондинок, страст-ных брюнеток, огненорыжих стерв?! С разными характерами, щелочками, но с одной целью – извлечь для себя максимальную пользу и удовольствие от встреч с мужчиной.

А вот его Иринка – другая, единственная и родная, из чьей щелочки через шесть месяцев на свет появится их совместный человечек. И она бы сильно огорчилась, узнав, что Егор подвозил в их автомобиле шлюху.

– Извини, лови следующее такси!– и Суздальцев захлопнул дверцу. Странница разочаро-ванно посмотрела вслед набирающему скорость Цедрику.

Скоро стрелка спидометра подошла к цифре 100.

Он познакомился с Кихкакиным еще на последнем курсе «политехнического». Они вместе посещали поэтический клуб «Белый шар», вместе пили пиво на Набережной. Егор попал потом по распределению в Новосибирск, на авиационный завод, где изготовлялось ноу-хау Советского Союза МИГ- 25, 27,29-тый. Там он и женился на медсестре заводской поликлиники. Жили, вроде, не тушили! Но сибирская равнинная местность, как и двигающаяся с кухни в зал фигура жены, постепенно перестала радовать глаз.

Сердце рвалось домой, в горное Приморье. Толкнувшие на бракосочетание чувства стали остывать. Даже рождение сына в январскую стужу не воскресило былого. Начали жить, как-то, каждый сам по себе. Лишь подрастающий Влад еще вызывал общие интересы. Так и прошло четыре года совместной жизни. Трудно стало в быту – и без того скудную зарплату у Егора задерживали на три-четыре месяца.