Странник

Столь прискорбно многие из нас пережили такие времена. Я еще раз просмотрю назначения и подумаю над подходящей заменой.

Плечи женщины опустились от облечения.

– Благодарю вас! О, благодарю вас.

– Нам не следует откладывать встречу с ними, сэр, если положение столь серьезно, как сообщают, – подал голос мужчина с длинными серебристыми волосами. – Мы должны помочь им и закрепить наше преимущество, а уж потом что-то менять в живой силе. Честно говоря, полагаю, мне лучше бы отправиться скрутить Джона и Абрахама, а потом уже встретить там всех вас.

Генри ухмыльнулся:

– Возможно, для начала сбросив шкуру.

Мужчина засмеялся, поигрывая кисточками меха.

– Думаю, я бы наделал шуму, появившись в таком виде на берегах Сены.

– И потехи ради вызвал бы разрушительное изменение, – ледяным тоном вставила Уинифред.

Этта заметила, что почти все в комнате закатили глаза.

– Ты бы звезду с неба скинула за то, что светит слишком ярко, – проворчал мужчина.

– Хорошо, – объявил Генри, спуская ноги со стола и принимаясь расхаживать по комнате взад-вперед.

Все, кроме Этты, поворачивались вслед за ним, не отрывая взгляда. – Достаточно. Вам известно, что я думаю о такого рода «охоте». Не забывайте: у нас есть настоящий враг, и целиться нужно в него.

– О да, разумеется, – выдохнула Уинифред сладким голосом, при этом сжимая плечо Этты еще крепче.

– По-моему, мы не рассмотрели возможность, что и он мертв, а Айронвуд уже завладел астролябией, – вступил японец, наклоняясь над раскрытым письмом.

 – Кого еще они могли иметь в виду под «тенями»? И у кого хватило бы сил охотиться за братьями так, как он описывает?

Что? Этта почувствовала, как время уходит у нее из-под ног – осознание стало ее личным землетрясением.

– Будь это так легко, мы бы сделали это десятилетиями раньше, – ответил Генри, задержав внимание на Этте. – Ты, кажется, удивлена. Оттого, полагаю, что ожидала увидеть астролябию в наших руках?

Не ответив, Этта отвела взгляд, уставившись на край ковра.

Темные глаза Генри притягивали к себе, а сам он неотрывно следил за каждым ее движением и вдохом. Это давило – он словно бы опустил тяжелые руки ей на плечи и упорно пытался развернуть ее обратно к себе лицом. Этта не хотела пускать его в свои мысли, уж точно не сейчас, когда они лихорадочно скакали наперегонки с бухающим сердцем.

Всего две недели назад двое Тернов, не без помощи Софии, вырвали астролябию у нее из рук в Пальмире.