Найди Наохама

– Давай, я расскажу тебе свою историю, – предложил старик. – А ты скажешь мне, счастлив я или нет.

Ася смотрела на него во все глаза. Старика словно подменили! Не верилось, что это он недавно издевался над ней, прогонял под дождь и брезговал даже смотреть в Асину сторону. За несколько часов дед изменил свое отношение к ней кардинально. Неужели Инга права, и, чтобы расположить к себе человека, Асе нужно просто подольше побыть с ним?

Да уж, держи карман шире, сварливо ответила Ася сама себе. Скорее, это очередная банка пива сделала старого араба таким покладистым.

Не замечая Асиного недоумения, дед закурил и погрузился в воспоминания.

Глава 9

Моя жена родом из Австралии. Мы познакомились в Европе, пару месяцев крутили роман, а затем наши дорожки разошлись. Прошло десять лет, в моей жизни было слишком много всего. Хорошего, но больше плохого. И спустя столько времени я вдруг понял, что ничто не приносит мне счастья – прямо как тебе сейчас. Я все чаще вспоминал прекрасные венецианские вечера и теплые ночи, проведенные с моей Лаурой.

Десять лет прошло! Но мне казалось, что тогда и только тогда я был счастлив, и если не разыщу ее, то в моей жизни больше не будет света и тепла. Позже я встречал такое в книгах. Отличная завязка для любовного романа, да?

Словом, я начал поиски и отправился в Австралию. Моя Лаура была уже вдовой. Она не узнала меня, более того, она вообще меня еле вспомнила! Когда я показал ей фото с наших каникул, она начала так хохотать, так удивляться моему приезду, что я сразу понял: за эти десять лет она не думала обо мне ни единого раза.

Но она осталась такой же милой и бойкой, как в юности. Я устроился в ее городе, начал ухаживать за ней и вскоре сделал предложение, которое она на удивление приняла. Мы переехали в Тунис, на мою родину.

И здесь она начала чахнуть.

Тунис жестокая страна, и в те времена смелым прогрессивным женщинам здесь было особенно нелегко. Лаура отказывалась носить паранджу, не принимала мусульманство, мечтала выйти на работу.

Конечно, об этом не было и речи: мы жили в провинции с очень строгими порядками. Лауру кидало из одной крайности в другую. То она пыталась быть мне образцовой женой, следовала всем правилам, затем срывалась и страдала депрессией, чувствами вины и своей никчемности. То, наоборот, пыталась идти против устоев: ходила в европейских платьях, высказывала смелые суждения при мужчинах.

Еще в Австралии я предвидел все это.