Темные отражения. Темное наследие

Когда я увидела, как окончательная версия соглашения проходит голосование, как ее принимают, я ощутила надежду, а жизнь обрела новый смысл. Увидев окончательный результат голосования: «за», я расплакалась. Мое сердце столько лет сжималось от боли, что я уже привыкла к ней. И вдруг она наконец исчезла. И впервые за эти годы я вдохнула глубоко и свободно.

Для того чтобы справедливость восторжествовала, требуется время, а в некоторых случаях даже жертвы, но с помощью упорного труда и настойчивости это было достижимо.

Дети, которые погибли, дети, которых заставили жить в жутких условиях лагерей – никто не будет забыт или сброшен со счетов. Даже надзирателей в итоге доставили в суд в надежде, что позже их удастся привлечь к уголовной ответственности.

Они наконец узнают сами, каково это – сидеть в заточении. Они это заслужили.

Количество дел не уменьшалось, но это же было только начало. Как трамплин, от которого можно оттолкнуться, чтобы попросить – и получить – большего. Вооружившись этой победой, Толстяк уже пытался отменить правительственное финансирование исследований корпорации «Леда».

Компания, сыгравшая ведущую роль в разработке химического вещества, которое вызвало мутацию, не заслуживала даже шанса пройти через чистку, которой подверглась администрация Грея. В этом родители «пси»-детей и сами дети были единодушны.

– Настоящая проблема в том, что приходится объявлять о наших перемещениях заранее, – проговорил агент Купер. – Нас просят предупреждать городские власти о том, где и когда движение будет ограничено.

Но для этих молодчиков такая информация – всe равно что выстрел из сигнального пистолета. Им не важно, кто это: такие, как вы, или кто-то еще из правительства.

Двигаясь по шоссе, мы увидели просвет в непрерывной цепочке протестующих. Подальше от самых буйных, сбившись в небольшую группу, стояли несколько мужчин и женщин, все – с плакатами в руках. Они молчали, их лица были мрачны. Машина пронеслась мимо них, и мне пришлось повернуться на сиденье, чтобы прочитать надписи.

ГДЕ НАШИ ДЕТИ? По моей спине пробежал холодок, когда один из них буквально ткнул своей табличкой в мое окно: «ОНИ ИСЧЕЗЛИ – И ООН О НИХ НЕ ПОМНИТ» – гласила надпись. Под гневными словами были наклеены старые детские школьные фотографии.

Я снова повернулась вперед:

– О чем они?

Правительство прилагало все усилия, чтобы идентифицировать беспризорных «пси» и найти для них новое пристанище – судя по отчетам, которые я видела, все дети были обнаружены.