Вопреки

Глава 3. Школьные годы

В 1931году, когда пришло время идти в школу, был издан вдруг нелепейший указ: дети должны учиться в национальных школах своего микрорайона, т.е. евреи – в еврейских, украинцы – в украинских и т. д. Для меня этот вариант был исключён, и мама стала бегать по городу в поисках русской школы, куда бы меня приняли. Единственная школа, где согласились принять в «нулёвку», оказалась довольно далеко от дома, но выхода не было. Ещё несколько еврейских детей моего возраста и моей подготовки (я читала уже на уровне 2, если не 3-го класса) оказались в таком же положении.

Ну и доставалось же нашей учительнице! Был у нас в классе некий Поляк (или Поляков), ябеда, который всё доносил учительнице. И мы ему устроили «тёмную» – после школы накинули на него пальто и хорошенько побили. Вскоре он исчез.

В 36г., когда мы перешли в 5-й класс, была создана школа для «трудных классов» с очень опытным директором. Наш класс туда перевели. Это было ещё дальше от дома (на углу Б. Шевченко и Пушкинской), но класс был настолько дружным, что никто не ушёл в другую школу, поближе к дому, хотя закон уже не действовал.

К этому времени еврейские школы уже были закрыты.

Помню, к столетию со дня гибели Пушкина старшеклассники под руководством директора организовали прекрасный вечер. А уже через пару месяцев наш директор исчез. Это был 37-й год…

Школу расформировали, и наш класс отправился ещё дальше – на ул. Горького, в бывшую еврейскую школу №87, пока ещё семилетку. Потом было 2 восьмых, а в 1940-м – 1 девятый, наш, который я и окончила в 1941.

(Это всё для истории школьного образования в Союзе.)

Примерно до 11—12 лет двор оставался основным местом, где проходила жизнь: первые платонические влюблённости, дружба и ссоры с подружками, совместные игры, развлечения. Одно время увлекались сбором денег. Т.е. решили копить, чтобы потом что-то приобрести. По улицам шли, глядя под ноги – и находили какие-то монеты, особенно по дороге к фуникулёру. Но, конечно, основной «доход» составляли данные родителями на завтрак в школе деньги.

Там мы с подругой Лилей накопили на материал (искусственный шёлк), из которого нам сшили одинаковые платья – давнюю, заветную мечту. Отдельно откладывали в совместный «котёл» деньги с Юлей, моим двоюродным братом, ровесником, и Люсиком, соседом по квартире. Когда собралась какая-то сумма (наверное, 2 или 3 рубля), мальчишки отправились за покупкой (я как раз болела) и явились с… компасом.