Первая семья. Джузеппе Морелло и зарождение американской мафии. Предисловие Дмитрий Goblin Пучков

А мифы – штука живучая и трудноуничтожимая.

Автор книги «Первая семья» Майк Дэш – один из немногих, кто целенаправленно и последовательно разрушает миф о замечательных уголовниках, показывая жуткую рожу организованной преступности без малейших проблесков благородства и романтики. В отличие от романистов, кинематографистов и прочих поэтов-песенников, Дэш – историк. И как историк он работает с документами и сухими цифрами полицейских сводок. То есть с тем, как оно было на самом деле.

История Джузеппе Морелло, организатора итальянской этнической преступности в Нью-Йорке и первого мафиозного «босса боссов», – лучшее подтверждение того, что преступление не бывает гениальным.

Преступность всегда посредственна.

Уголовник Морелло – никакой не Робин Гуд и даже не дон Вито Корлеоне. Вершин преступного мира он достиг не благодаря выдающемуся интеллекту и хорошему воспитанию, а благодаря звериной жестокости, необоримой алчности и готовности шагать по трупам. В первую очередь – по трупам соплеменников, ибо основной «кормовой базой» для его банды были точно такие же итальянские эмигранты, как он сам.

Земляки, изо всех сил пытавшиеся честным трудом закрепиться в чужой для них стране.

Морелло облагал «налогом» итальянские магазинчики, мастерские и пекарни. С теми, кто не желал платить, безжалостно расправлялся. Разрабатывая новые преступные «темы», спихивал своим малограмотным землякам напечатанные его подручными фальшивые доллары. А предлагаемая Морелло «защита» (которую у нас называют «крышей») была защитой от него самого.

Достаточно часто случается так, что все эти «хозяева жизни», безжалостно карающие любого по малейшему подозрению в нарушении уголовных понятий, оказавшись за решеткой, внезапно теряют присутствие духа и начинают активно сотрудничать с администрацией. Морелло не оказался исключением.

Разумеется, никакого реального благополучия и безопасности ни себе, ни своим близким он обеспечить не мог. Редкий персонаж этой книги умирал в собственной постели.

Подавляющее большинство этих «героев» заканчивало жизнь сугубо противоестественными способами. И любой честный трудяга-эмигрант, едва сводивший концы с концами, в итоге проживал куда более счастливую и куда более долгую жизнь.

Майк Дэш, повторюсь, историк, причем историк хороший. И, как подобает хорошему историку, он не пихает в текст отсебятину. Книга – не художественный вымысел, а документальное повествование.