Беседы с Исааком Ньютоном

ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2022

КоЛибри

Предисловие Билла Брайсона

В комнате на цокольном этаже Лондонского королевского общества Джоанна Корден, приветливая сотрудница архива общества, открывает белую коробку и осторожно вынимает из нее одну из наиболее почитаемых реликвий этого научного учреждения: посмертную маску Исаака Ньютона, сделанную в день его кончины в 1727 году.

Это должно быть волнующим моментом – в конце концов, мы оказываемся ближе всего к физическому присутствию наиболее плодовитого и необычного ума своего века, – и тем не менее, как Джоанна Корден и предупреждала, в бесстрастном облике Ньютона есть что-то странно разочаровывающее.

Разумеется, посмертная маска и не может быть необыкновенно выразительной, но в этой поражает почти нарочитое равнодушие.

– Даже в смерти, – замечает Джоанна, – он не раскрыл себя.

Мы полминуты уважительно рассматриваем маску, затем она возвращает ее в коробку и закрывает крышку, и я вдруг понимаю, что уже начал забывать его лицо.

Пожалуй, ни один другой великий человек в истории не был так труден для понимания, как Исаак Ньютон. Тому есть две причины – сложность его научных работ, а также секретность и самая настоящая странность, окружавшие его жизнь. Этот человек прожил три десятка лет ученым-отшельником в Кембридже, в высшей степени отрешенным от мирских дел, а затем, в достаточно пожилом возрасте, стал знаменитым публичным деятелем и, можно сказать, возмутителем спокойствия в Лондоне. Он раскрывал фундаментальные тайны Вселенной и в то же время увлеченно занимался алхимией и странными религиозными исканиями.

Он был готов тратить годы на ожесточенную борьбу за приоритет открытий и вместе с тем так мало заботился о продвижении своих научных взглядов, что его самые удивительные открытия иногда десятилетиями оставались под спудом. Короче говоря, перед вами человек, который почти сознательно закрывался для других и оставался непостижим.

Джоанна приносит еще одно сокровище Королевского общества – маленький телескоп-рефлектор, сделанный самим Ньютоном в 1669 году.

Он всего пятнадцати сантиметров длиной, но сделан изумительно, очень изящно и тонко. Ньютон сам шлифовал стекло, конструировал детали, обтачивал деревянные части. В то время это было абсолютное техническое чудо, но этот прибор еще и очень красив. У человека, сотворившего его, были, помимо научного гения, душа и тонкие чувства.

– Странно, правда? – говорит Джоанна, читая мои мысли.