Сухуми: зеркало воспоминаний

Днем мы играли в футбол, а потом разошлись на пару часов поспать, чтобы с новыми силами посидеть у набережной. Я так и думал, на «Брехаловке» уже собрался народ – Манучар, Чуня, Гига и Витек.

– Чанту, опаздываешь, – посмеялся Манучар.

– Как обычно, – добавил Витек, смотревший в сторону группы девушек, которые так любопытно рассматривали картины местных художников.

– Привет, Миша, – потянулся ко мне Витек, мы с ним встретились сегодня впервые, он с нами не играл в футбол, а еще он единственный, кто называл меня по имени, а не по сокращению от фамилии.

Наверное, это потому что Витек русский парень, сын учительницы русского языка и литературы, поэтому для него не совсем понятно то, как мы тут друг друга называем. Мне было 8 лет, когда я на море познакомился с Манучаром и Чуней, а Гига мой двоюродный брат.

– Как тебя зовут? – спросил меня Чуня.

– Михаил Чантурия, – гордо ответил я, отец с детства учил представляться по фамилии. – Чанту, – засмеялся Манучар, и все подхватили за ним, даже Гига, который был со мной.

– А тебя как? – смеясь, спросил Чуня у Гигы.

– Гига, – чуть неловко ответил мой брат.

– Тоже Чантурия? – засмеялся Манучар.

– Да, – покраснел Гига.

Все стали смеяться, даже Гига, немного смущенный, через минуту сошелся с нами в смехе.

– Нет, двух Чанту нам не надо, ты будешь просто Гига, – заявил Манучар и протянул нам руку. Прежде он стоял немного вдалеке, а потом продвинулся чуть ближе.

Это Манучар прозвал Дамея Чуней за то, что не успевал наступить июнь, как, едва коснувшись тела Дамея, обжигающее солнце превращало его в уголек.

Он был черный, как маленький негритенок, да еще к тому же и кудрявый.

Сижу и глазею по сторонам, вся тусовка на месте: вечером на «Брехаловке» всегда полно людей. Как любит говорить мой дедушка: «Поспешим на „Брехаловку“ – там сейчас президента назначать будут». И вправду, за чашкой кофе тут решались дела мирового масштаба. С утра до самого вечера народ приходит обменяться новостями, поиграть в нарды, домино и шахматы.

Все это сопровождается изумительным ароматом черного кофе, сваренного в турке на песке. Ох, этот запах черного кофе «У Акопа». Кто не знает Акопа, тот не может быть настоящим сухумчанином. Акоп Балян – легенда Сухуми, точно такая же, как и Марадона. Ничего нет лучше, чем правильно сваренный кофе. Как-то раз я пришел очень рано на «Брехаловку» и разговорился с Акопом.