Темные отражения. В лучах заката

Мои ноги заскользили по грязи, пока я пыталась справиться с инерцией. Обе машины остановились, а Коул открыл дверь грузовика со своей стороны, чтобы успеть задержать Лиама и Вайду. Все, у кого было оружие, целились в деревья вокруг нас. Я сделала еще один шаг вперед. Мне было плевать на охотников за головами, на СПП или Национальную гвардию и даже на владельцев того дома. Я думала о том, как должен быть напуган ребенок, который спрятался в темном лесу, не зная, кто же добрался до одного из тех немногих мест, которые казались ему безопасными.

Меня еще не пристрелили. И это был точно хороший знак.

– Зу?! – громко позвала я, стараясь перекричать шум дождя в кронах деревьев.

Нет ответа.

– Зу?! – заорала я, делая еще один шаг вперед. – Сузуми? Зу?

Лес вокруг меня будто испустил глубокий вдох, снова погружаясь в ночной покой. Если там кто-то и был, то не она. Она бы пришла.

Ведь так?

Я почувствовала острый укол разочарования и попятилась назад.

– Ладно, – пробормотала я.

 – Ладно. Простите, мы уезжаем.

Оглянувшись, я увидела, как Коул опускает пистолет. Лиам шел к брату, протягивая ко мне руку, но тут же опустил ее. Он сделал еще один шаг вперед и остановился, широко открыв глаза.

И когда я снова повернулась к лесу, я уже не видела ничего вокруг, кроме нее.

Бело-розовое пятно вырвалось из-под прикрытия деревьев, из бледных пальцев, которые пытались ухватить ее за рубашку и оттащить назад. Долговязые ноги скользили и спотыкались в грязи, и она неслась ко мне так быстро, что я едва успела поднять руки.

Зу врезалась меня с такой силой, что мир, кажется, содрогнулся. Плача и одновременно смеясь, я покачнулась назад, обхватывая ее руками. Зу уткнулась лицом в мои волосы, вжимаясь в меня, и сразу обмякла от моих прикосновений.

Безотчетное, ликующее радостное чувство молнией ударило в меня, согрев до самых кончиков пальцев. В голове звучала музыка. Наслаждаясь этим, я даже не сразу заметила, как сильно ее трясет и какая она окоченевшая.

Зу плакала, и эти тихие всхлипы, кажется, не были слезами счастья. Я отодвинулась от нее, чтобы увидеть ее лицо, а девочка только крепче вцепилась в мои рукава, качая головой.

– Думаю, это твое? – сказала я, показав ей ботинок.

Зу позволила мне вытереть грязь с ее босой правой ноги, надеть кроссовок и завязать шнурки. Должно быть, он свалился, когда она бежала к тем деревьям. Дети услышали, что мы едем, и запаниковали.