Портрет Лукреции. Трагическая история Медичи

София улыбалась, обнажая черные ямы на месте зубов, и ласково вела Изабеллу к столу.

Зажав губами шпильки, няня продиралась щеткой через волосы Лукреции, а другой рукой зажимала ей ухо. Не отрываясь от своего занятия, София велела balia отнять Пьетро от груди и запеленать получше, сказала Франческо не жадничать, а хорошенько пережевывать еду, и стала помогать Марии с утренними уроками.

Лукреция скривилась, когда щетинки зацепились за колтун, но не вскрикнула. Да и зачем? Стоит только ойкнуть, София раз – и шлепнет по ноге этой же щеткой!

Девочка отрешилась от всего вокруг и мысленно перенеслась в подвал Sala dei Leoni.

К ней мягко крадется тигрица, в ее горле клокочет рык, но она не укусит, нет! Спокойно взглянет на нее, а Лукреция поприветствует зверя низким рокотом, и…

Ее дернули за ухо, и вот она снова в детской. Вокруг – гогот и насмешки. Что она пропустила?.. Старшие братья и сестры наконец ее заметили, потешались над ней и тыкали пальцами, а Изабелла даже согнулась пополам от хохота.

– Вы чего? – растерялась Лукреция, потирая мочку уха.

– Ты…ты… – Джованни прыснул.

– Что я? – выпалила она. Почему все на нее глазеют?! Лукреция обхватила руками мягкий нянин живот и уткнулась в него лицом, прячась от насмешливых взглядов.

– Ты рычала, – с ледяным неодобрением ответила Мария.

– Как медведь! – подхватила Изабелла. – Ну ты потешная, Лукре!

Они встали из-за стола и вышли, весело переговариваясь: Лукреция, мол, притворялась медведицей!

София грубовато погладила ее между лопаток.

Лукреция прижалась к фартуку няни и вдохнула привычный запах – Софиин, и больше ничей – дрожжей, соли, пота, и нотки чего-то пряного, похоже, корицы.

– Ну же, – поторопила няня. – Поднимайся!

Лукреция запрокинула голову, не разжимая объятий. Тайна щекотала ей грудь изнутри, словно между ребер норовила выскользнуть шелковая лента.

Рассказать Софии про тигрицу или не надо?

– Почему у тебя нет зубов? – вместо этого спросила она.

Нянька легонько стукнула ее по голове щеткой.

– Да потому, что пришлось кормить твою маменьку, ее сестер и братьев, а каждый ребенок забирает по зубу, а иной раз по два или три.

Как же так? Лукреция украдкой глянула на кормилицу. Та застегивала платье, а Пьетро перевесился через ее плечо.