Портрет Лукреции. Трагическая история Медичи

Лукреция влетает в покои матери и во весь голос кричит: ни за что она не наденет платья, не наденет – и точка, оно ей велико! Элеонора сидит за scrittoio[8 - Письменный стол (ит.).] и занята письмом одной из любимых аббатис, однако твердо и сдержанно отвечает дочери: платье ушивают, ей самой это прекрасно известно. Конечно, Лукрецию это ничуть не успокаивает, она переступает черту. Почему ее заставляют донашивать вещи за покойной сестрой, Марией?! Мало того что Лукреции достался ее жених, так теперь и замуж она пойдет в ее платье!

Элеонора откладывает штифт[9 - Штифт – инструмент для рисования и письма по пергаменту и бумаге.

], мысленно поднимается из-за стола и подходит к арке, под которой стоит дочь. Снова вспоминается день ее зачатия. Элеонора смотрела на карты древних стран, грезила причудливыми, бурными морями, драконами и чудовищами, покорилась неистовым ветрам, сбивающим корабли с курса. Роковая ошибка! Сколько лет она преследует Элеонору, и как жестоко наказывает ее судьба!

А на другом конце комнаты стоит Лукреция, ее угловатое лицо блестит от слез и расцветает надеждой.

Элеонора знает, о чем думает дочь: «Мама поможет. Она спасет меня – и от платья, и от брака. И все будет хорошо».

Первый тигр в Тоскане

Во Флоренцию прибыл знатный гость из другой страны и преподнес великому герцогу картину с тигром. Козимо восхитился подарком и вскоре пожелал владеть этим необыкновенным, беспощадным хищником. Для увеселения гостей в подвале палаццо построили зверинец, и тигр чудесно вписался бы в коллекцию экзотических животных.

Козимо поручил своему consigliere[10 - Советник (ит.).] Вителли найти тигра, поймать и доставить во Флоренцию. Советник знал, что этим кончится, еще когда увидел картину, и только украдкой вздохнул и исправно записал приказ в учетную книгу. Он надеялся, что государя отговорят от этой затеи или он сам о ней забудет, занятый восстанием республиканцев в Сиене[11 - Сиенская республика с 1530 года находилась под властью испанцев.

Это стало причиной восстания, а также войны 1553–1555 годов.].

Однако Козимо не оправдал тайной надежды Вителли.

– Как обстоят дела с тигром? – однажды спросил герцог. Он стоял на террасе и готовился к ежедневной тренировке – снимал с охотничьего сокола клобучок и пристегивал к поясу оружие.

Вителли принялся судорожно листать учетную книгу и что-то пробормотал о сложностях на морских путях с Востока. Козимо не поддался на обман.